– Все-таки Виктор Петрович, есть тут тайники?
– Как сказать, как сказать… Например, в соборе нет подклети, то есть по-нашему – подвала, но во всех других помещениях имеются обширные подвальные ниши – сводчатые и даже одностолпные. Это, конечно, не означает, что нет вообще никаких ходов.
Они шли по двору мимо широкого рва вдоль стен собора.
– Ну, вот смотрите, – музейщик указал рукой на ров, – дренажный выход из Подземной церкви построен в XVII веке для того, чтобы грунтовые воды не размывали фундамент. Во времена царствования Павла I был вырыт и облицован камнем ров и водосток, а также колодец Подземной церкви. Второй вход с северо-восточной стороны можно пройти ныне на 15–20 метров, но это не дренаж. По нашим предположениям он вел в Караульные палаты Надвратной Входоиерусалимской церкви, где содержались плененные стрельцы. Возможно, оттуда их выводили по подземному ходу на церковную службу.
– Это те стрельцы, которых Петр разгромил? – подал голос страж Голгофы.
– Те самые, – удивленно посмотрел на него ученый. – Еще есть Южная галерея. И это тоже настоящий подземный ход, потому что в его начале обнаружен дверной проем – остатки двери, которая закрывалась изнутри. Доказательство тому кованые петли, на которых она держалась. Если поставить на петли новую дверь, она будет закрываться лишь изнутри. Только так, а не иначе делались двери тайных ходов. В этом ходе есть вентиляционное окно примерно в 15 метрах от входа. Возможно, оно служило так называемым схимникам (так назывались монахи, давшие Богу различные обеты), которые через шахту вентиляции получали пищу и какие-то известия. Но возможно, ход в Южной галерее был и подземным, и выходил за территорию монастырских стен.
– Вот это да! – не удержался Пилигрим. – А говорите, ничего про ходы не знаете!
– Так ведь генерал. – музейщик повернулся к Геннадию Борисовичу. – Я ведь не ошибся в звании?
– Нет, – опять рассмеялся генерал.
– Так вот, генерал же сказал, что по долгу службы, – он сделал паузу и продолжил: – При укреплении Иноплеменной башни мы кое-что нашли. Это дает нам право предположить, мог существовать вход из нее к скиту Никона, находящемуся за территорией стен. Это реальность, так как в истории фортификационных сооружений такие ходы могли существовать, и во время нападения разбойников или неприятеля жители скита укрывались за монастырскими стенами.
– Виктор Петрович, а как насчет кладов и сокровищ подземных ходов? Можно ли предположить наличие тайников? – уже серьезно спросил генерал.
– Во-первых, о колодце. Вам же о нем рассказали, – уверенно произнес ученый. – Там действительно должно быть серебро. Но не 15 килограммов. Для отчистки воды достаточно крестика или колечка. Самое большое, что там может быть, – ложка или небольшой серебряный предмет. Возможно, еще что-то упало, помимо воли их владельцев, ведь такое случается.
– Это ясно, – крякнул генерал.
– Легенда о стрельце… – увидев удивленные взгляды, спросил: – А про это вам не говорили? Нет? И ладно. Так вот, стрелец этот, найденный целиком на коне и в доспехах на дне пруда, – выдумка. Но в колодце церкви при расчистке его после войны был обнаружен труп красноармейца, целиком сохранившийся. Небольшие ценности были найдены в могиле одного из настоятелей монастыря, похороненного около входа. Пожалуй, все. Хотя нет. Во время Великой Отечественной войны не все ценности вывезли в Москву, часть работники музея замуровали в стены. Нашли после войны не все – это бесспорно точные сведения. Могли, конечно, энтузиасты находить клады, даже солидные, но огромных сокровищ, я думаю, не существует. Вот теперь все.
– Спасибо, Виктор Петрович, за обширные сведения и помощь, – пожал ему руку генерал.
– Не за что, – улыбнулся музейный директор. – Или как там. Служу Отечеству! – он неожиданно хлопнул себя по лбу. – Стоп!!! Недавно ведь обнаружена полуподземная галерея под Ефремовой башней! Да еще есть наметки на подземный ход в Никулино и галерею от Скита за реку. Я-то поверю в сокровища тогда, когда их найдут и выставят в музее. Уж простите старика. И еще, вам в копилку. Года полтора назад группа «черных археологов» обнаружила недалеко от монастыря (за территорией, принадлежащей музею) деньги времен Екатерины II и Павла I, а рядом мусор явно не от современной кирпичной кладки. Может, остатки клада, вымытого на поверхность грунтовыми водами или рекою. Вот теперь точно все. Рад был помочь.
Проводив хранителя заповедника до дирекции, все уселись в машину. Генерал повернулся к крестоносцу.
– Что-нибудь вам это дало?
– Представьте себе да, – воодушевленно ответил тот. – Теперь мы знаем достоверно: есть, где искать.
– Что же все-таки вас подвигло на ускоренные поиски Гроба Господня? Если это не мистический секрет? – спросил его Пилигрим.
