Людвиг вон Шанс, ощупывая свой распухший нос, весело улыбнулся:
- А мне понравилось. В конце концов, мы его утихомирили.
- А я расквитался за тот инцидент, с бутылкой, - довольно проговорил бывший маг.
- Все равно, - Юки опустила взгляд на философский камень, зажатый у нее в кулаке. - Спасибо вам всем.
На нее были устремлены обеспокоенные взгляды. Чародейка чувствовала, как камень в ее руке буквально пульсирует от струящейся сквозь него энергии. А теперь, после того, как она загадала желание, часть этой магической энергии доставалась ей. И количество ее было невероятным. Юки казалось, что она, обладая такой силой, может свершить все, что угодно. Ничего подобного она никогда прежде не ощущала. Чародейская мощь пьянила ее, порождала в сознании девушки заманчивые картины величия, покалывала пальцы, зудела, просилась наружу. Она была настолько велика, что вокруг Юки даже начали потрескивать чуть заметные фиолетовые разряды. У девушки онемели виски и затылок, а в веки будто бы воткнулись тысячи микроскопических иголок. Ей не было больно, скорее, просто неприятно. Философский камень вернул ей возможность пользоваться магией, но явно ошибся в расчетах, сместив запятую на пару цифр вправо.
- Юки, - услышала чародейка голос Жбанса. - У тебя глаза... э-э-э... мерцают. Это нормально?
Чародейка моргнула, приходя в себя, и посмотрела на писателя. Ей показалось, что в сокровищнице вдруг стало темнее.
- Не знаю, - ответила девушка. - Голова немного кружится. И вообще, такое чувство, что пол под ногами дрожит...
Как только она произнесла эти слова, до нее, наконец, дошло, что пол действительно дрожит. Золотые монеты с веселым звоном начали скатываться с драгоценных металлических гор. Тяжелые слитки, глухо позвякивая, принялись расползаться в стороны из аккуратных блестящих башенок. Каменные блоки в стенах помещения низко завибрировали. Ровный свет масляных ламп дернулся, и распустил по комнате причудливо извивающиеся тени. Откуда-то из недр земли донесся монотонный гул, заставляющий зубы всех присутствующих выбивать замысловатую чечетку.
- Что происходит? - испуганно спросил Бруд.
- Плохо дело, - сказал бывший маг, поднимая глаза к потолку.
- Мое желание, - Юки снова уставилась на философский камень. - Оказалось последней каплей...
- Значит, то, чего ты боялась... - Жбанс Грустиан Пандерсен поднялся на ноги.
- Да, - чародейка растерянно огляделась по сторонам. Ее взгляд потух и беспомощно блуждал по сокровищнице, руки опустились вниз, губы беззвучно шептали какие-то фразы.
- И что нам делать? Философский камень у нас! - писатель подошел к девушке вплотную и схватил за плечи. Юки посмотрела на него своими аквамариновыми, с золотыми искорками глазами, и безвольно произнесла:
- Я не знаю...
- Как это, "не знаешь"? Мы же добились своего! Артефакт в наших руках!
- Да! Но я всегда думала, что мы получим его до того, как будет слишком поздно! А теперь... - она бездумно уставилась на стену. - Я загадала желание, и, чтобы его исполнить, камень стянул сюда еще немного магии. Чародейское поле, накрывшее город, перенасытилось! Критическая масса достигнута. Теперь поле начнет сжиматься, до тех пор, пока не произойдет взрыв. Остановить этот процесс невозможно. Даже сотня чародеев не справилась бы...
- Но у тебя, в отличие от сотни чародеев, есть философский камень! Неужели его никак нельзя использовать?
- Ха! - недобро усмехнулся бывший маг. - Как раз именно его использовать и не получится. Он - сердце иллюзии. На него сейчас замкнуты все магические линии в округе. Пытаться с его помощью разрешить ситуацию, все равно, что подливать масло в огонь!
- Неужели совсем ничего нельзя сделать?! - взволнованно спросил Бруд, и получил в ответ лишь напряженное молчание. Он не хотел, чтобы его родной город превратился в пепел. Тем более, вместе со всеми жителями, среди которых был его отец, и его друзья. Он подсознательно винил во всем случившемся себя, и желал лишь одного - чтобы все снова было как раньше. Желал... На лице Бруда проступила робкая надежда.
- Мы... мы же можем пожелать все, что угодно? И камень это исполнит? Что, если попросить его... не взрывать город?
Юки печально покачала головой.
- Если бы все было так просто. Философский камень идет всегда по простейшему пути. Поэтому, порой, желания, которые мы у него загадываем, принимают несколько иной вид, чем хотелось бы нам. Я сомневаюсь, что кому-то удастся заставить артефакт просто развеять чародейское поле, нависшее над Ветроидом. Если загадать ему такое желание, он может поступить... непредсказуемо. И последствия могут оказаться еще хуже.
- Куда уж хуже!
- Поверь, есть куда, - девушка серьезно посмотрела прямо в глаза Бруду, и тот бессильно сник. - Именно поэтому у меня нет ни одной идеи, как нам выбраться из сложившейся ситуации.
- Ну, мы можем еще успеть сбежать, - заметил бывший маг.
- Я, кажется, начал в чем-то понимать Буца. Мне хочется разбить бутылку об твою голову, - смерил его неприязненным взглядом Людвиг.
- Точно! - воскликнул Жбанс. - А если мы разобьем камень?