Это означает, что он родился в 745 г. до н. э. и во время разговора между Ахазом и Исаией уже достиг того возраста (10 лет), когда он был способен выносить суждения. Поэтому Езекия — это не совсем подходящий выбор для Еммануила.
Действительно, если мы ищем самое простое и прямое решение проблемы, то более вероятным, чем ссылка Исаии на молодую женщину, является упоминание о своей собственной жене. (Исайе было в то время лишь двадцать пять лет, а его жене, вполне возможно, было немногим больше двадцати.) Фактически сразу после описания встречи с Ахазом Исаия делает записи о рождении второго сына:
Ис., 8: 3–4.
Имя «Магер-шелал-хаш-баз» означает «быстрая добыча». Это — ссылка на Сирию и Израиль, которые торопятся стать быстрой добычей для ассирийцев. И прежде чем ребенок подрастет достаточно, чтобы сказать «мама», для северных царств придет конец.
Поэтому Исаия говорит в точности то же самое для предсказанного ребенка Еммануила и для фактического ребенка Магер-шелал-хаш-база. Эти имена являются двумя сторонами медали, так как Еммануил относится к благой судьбе Иудеи, а Магер-шелал-хаш-баз — к Сирии и к несчастной судьбе Израиля. Имена различны, но символика та же.
В таком случае, по-видимому, вполне разумно предположить, что собственный сын Исаии — это предсказанный Еммануил.
Как бы то ни было, Ахаз последовал своему собственному суждению относительно надлежащего курса и стал данником Ассирии. Исаия не сумел повернуть царя к яхвистскому образу мысли, и в связи с конкретными политическими событиями до ассирийской осады Иерусалима через поколение о пророке больше ничего не было слышно.
Некоторые места в книге пророка Исаии развивают представление пророка о том, что после некоторых будущих бедствий остаток верующих вернется и построит свою жизнь заново. Этот остаток, очищенный от грехов, которые и вызвали бедствие, будет управляться идеальным царем:
Ис., 9: 6–7.
Возможно, что такие восторженные похвалы идеальному царю могли вырасти из песен, написанных в честь коронации. Во времена Исаии такие восхваления могли петь в честь восшествия Езекии на престол в 720 г. до н. э. Фраза «младенец родился нам — Сын дан нам» относилась бы к процессу коронации, благодаря которой царь становится приемным сыном национального бога. Лестные имена, даваемые царю, и обещание господства совершенного счастья были обычно принятым на такой случай щедрым поэтическим признанием.
Или же песнь могла быть написана в честь Иосии, который взошел на престол почти на век позже, в 638 г. до н. э. Песнь могли бы тогда из-за ее поэтической красоты поместить в собрание писаний Исаии.
Однако, даже если эти стихи первоначально упоминали конкретного царя, например Езекию или Иосию, позже жившие иудеи не могли почувствовать удовлетворение, не прочитав в них еще какого-нибудь смысла. Ни у Езекии, ни у Иосии не было по-настоящему успешного царствования. Езекия пережил осаду Иерусалима, но и только, а Иудея была опустошена. Иосия погиб во время сражения, и через поколение после его смерти Еврейское царство было уничтожено.
Поэтому все более и более вышеупомянутые ссылки воспринимались как представляющие какого-то идеального царя, который еще не появился, но который должен был прийти через неопределенное время в будущем.
Этот царь, конечно, был бы из династии Давида, и в Библии ему обещается вечное царствование:
Ис., 11: 1–2.
