Мф., 2: 5–6.
Здесь упоминается цитата из Книги Михея. Так, «небольшой город Вифлеем» в местном масштабе известен был тогда как место рождения Давида, вступил в новый этап мировой известности как предполагаемое место рождения Иисуса.
Затем Ирод приказал волхвам идти в Вифлеем и принести ему новости о младенце, которому он сам мог бы также поклониться. Хотя не было сомнений в том, что его настоящее намерение состояло в том, чтобы покончить с предполагаемым Мессией. Это было настолько несомненно, что Матфей даже не потрудился конкретизировать это в тот момент.
Волхвы уходят и:
Мф., 2: 9.
Из-за связи этой звезды с рождением Иисуса в Вифлееме ее обычно называют «Вифлеемской звездой».
Младенцы в Вифлееме
Волхвы поклонились младенцу, оставив свои дары, а затем — предупрежденные во сне (излюбленный прием Матфея) — ушли, ничего не сообщив Ироду. Ирод, испытывая недостаток в информации, в которой он нуждался, в отчаянии приказал военачальнику убить всех младенцев в Вифлееме, надеясь, что среди них окажется и предполагаемый Мессия:
Мф., 2: 16–18.
Ссылка на отрывок из Книги Иеремии, который относится к уводу Саргоном Израиля в плен. Рахиль была предшественницей основных колен Израиля: Ефрема и Манассии, поэтому ее плач по «своим детям» является в этом контексте метафорически уместным. Колено Вениамина также происходило от Рахиль, и Иеремия, воспитанный на территории Вениамина, был восприимчив к плачу Рахиль. Рама — это город в Вениамине, который традиционно считался местом могилы Рахиль.
Использование стиха из Иеремии применительно к «избиению младенцев» было гораздо менее уместным. Несомненно, такое избиение стоило великого сожаления, но факт заключается в том, что Лия, а не Рахиль стала прародительницей иудеев, а дети Вифлеема были иудеями. Возможно, на использование цитаты Матфея натолкнул тот факт, что традиция помещала могилу Рахиль вблизи Вифлеема:
Быт., 35: 19.
И тем не менее, весьма вероятно, это ужасное злодеяние Ирода было апокрифическим. Трудно поверить в то, что это действительно когда-либо происходило. Мало того что это избиение не упоминается в Новом Завете больше нигде, но это не упоминается и ни в одной из светских историй того времени. Довольно примечательно, что такое злодеяние было не замечено, в то время как были тщательно описаны гораздо менее страшные злодеяния Ирода.
Конечно, Матфей не принял бы этот рассказ об убиении младенцев только из-за своего страстного стремления представить не очень уместную цитату.
Возможно, это связано с чем-то большим. Есть множество языческих легенд, где герой оставался в живых во младенчестве лишь по счастливой случайности, спасшись от какого-нибудь царя, который пытался убить его. Это верно для легенд о Кире, основавшем Персидскую империю, и Ромуле, который основал Рим. У Кира был дедушка, а у Ромула — двоюродный дедушка, каждый из которых был царем и получил божественное предвидение того, что праведно рожденный ребенок когда-нибудь свергнет его. Оба младенца были оставлены умирать, и оба остались живы. По еврейской легенде, Авраам, будучи младенцем, чудесно пережил покушения на его жизнь злого царя Нимрода. Неудивительно, что подобные рассказы могли возникнуть и об Иисусе после его смерти.
Возможно, из множества таких рассказов, которые были распространены повсюду, Матфей выбрал тот, который, как он считал, лучше всего соответствовал ситуации. Библейская история о младенчестве Моисея связана с волнующим спасением ребенка после того, как фараон приказал убить всех израилевых детей без разбору…