– Она переспала с моим братом. Не думаю, что стоит повторять это снова и снова. В этом нет необходимости. Я прекрасно знаю, что к чему. Я сказал: «Все совершают ошибки. Ты тоже ошибаешься».
Как он мог защищать такую девушку передо мной, перед своим другом?
– Откуда ты знаешь, что это была ошибка?
Я загнала его в угол. Он закатил глаза.
– Я извинился за то, что столкнулся с ней, мы встретились и немного поболтали. Не перебарщивай. Ты становишься очень душной.
Он обрушил на меня свои обидные слова, даже не дав мне возможности ответить. Когда он начал уходить от меня, я не сдалась и пошла за ним. Ладно, мы поговорим об Айбюке.
Я могла бы отложить это на потом, но то, что Мустафа пытается уйти от разговора, злило меня. Мне даже не нравилось, что она существует, а он говорит мне: «Ты мешаешь моей удаче». Невероятно. Все было не так. Когда я, задыхаясь от ярости, побежала за Мустафой, то увидела, как он движется к Демиру, который стоял в одиночестве.
Как и его брат, он прислонился спиной к стене и начал осматриваться. И мне удалось встать между ними, хотя и с небольшим толчком. Я начала подражать их поведению. Это было очень странно. Хотя я понимаю, что два молодых человека мне небезразличны, это было еще более странно, но неважно.
– Как дела, брат Демир? – спросил Мустафа, не отрывая взгляда от окружающей обстановки.
Я подняла брови с ошеломленным выражением лица, когда он задал этот вопрос, и посмотрела на него, как бы говоря: «Какого хрена ты делаешь?».
– Я в дерьме, брат. А ты?
– Это все, что у меня есть, брат.
Пока все эти разговоры витали в воздухе, мои глаза начали гореть от тяжести. Мне было сложно молчать, когда я находилась рядом с ними обоими. И я снова поняла, что это огромная ноша – хранить чужие секреты.
Два брата стояли рядом со мной, и один из них даже не подозревал обо всем этом. Этот секрет, которым Мустафа меня обременил, был настолько тяжел, что теперь я не понимала, как мне держать его в себе.
Вечеринка продолжалась, подали торт, и Сенем загадала желание и задула свечи. Некоторые гости наслаждались легкой музыкой в пустом пространстве в центре. Другие танцевали вокруг столов, за которыми расположились, весело болтали или ели торт. После того как я лично подала торт части гостей, я расположилась с Батуханом и Эмре. Мы начали о чем-то болтать, как я заметила Кана. Он за чем-то внимательно наблюдал. Я предложила свой кусочек торта одному из гостей и направилась к нему.
Проследив за его взглядом, я поняла, что он наблюдает за Гекче и Мустафой, которые танцевали и смеялись в центре. Я знала, что она проявляет интерес к Мустафе, но это не было серьезно. А мой друг своим поведением сегодня испытывал мое терпение. Сначала заигрывал с Айбюке, а теперь танцует с Гекче.
С какой целью он это делает? Когда Кан спросил: «Разве это так плохо – питать надежды, Ниса?» – я не знала, что ему ответить.
Наблюдая за Мустафой и Гекче, я не могла понять, что движет каждым из них.
– Почему ты это сказал?
– Потому что я такой глупый.
Как будто бы пытаясь поддержать Кана, я приблизилась к нему. Когда я похлопала его по руке, на его лице появилась небольшая улыбка, но грусть все равно осталась. Такой живой, жизнерадостный человек, и при этом его сердце постоянно разбивали.
– Мы были очень близки в течение нескольких недель. Мы были так близки. И я подумал… Я идиот. О, черт! Клянусь богом, я такой отсталый! Я такой глупый. Я настолько глуп, что рассчитывал даже на малейший интерес с ее стороны.
Безудержная любовь Кана к Гекче была отчетливо видна в его глазах. Но по его гневу было понятно, что он уже не надеется ни на что. В последнее время Гекче вела себя странно. Она всегда была слишком близко к Кану, что очень смущало ее. Я не верю, что она поцеловала его в щеку без причины. Я много раз видела, как она внезапно прыгала ему на шею. Конечно, Кан, надеялся, что это не просто так.
– Я пойду подышу воздухом, вернусь позже.
Кан быстро отошел от меня, даже не дав мне возможности возразить, и вышел на террасу в такую холодную погоду. Может быть, ему будет полезно побыть одному какое-то время. Когда Кан ушел, музыка наконец прекратилась, и Гекче и Мустафа улыбнулись друг другу и перевели дух рядом со мной.
Гекче смотрела на меня ясными, как море, глазами, словно что-то искала. После секундного колебания она повернулась ко мне.
– Где Кан?
Я не могла не закатить глаза.
– Иногда я действительно не понимаю тебя, Гекче, – сказала я.
