Сначала ― в шаурменную, к Черноглазому. Пока тот ничего не знает, забрать у него долю, взять лепешек в дорогу. Купить палатку, купить патронов. Забрать из схрона деньги. И ходу! В лес, в чащу, в дебри.
Улица Портных, улица Слесарная, переулок Самогонщиков. Вот и лавочка Черноглазого. Большая вывеска: «Шаурма на вынос».
Черноглазый звериным чутьем угадал, что с Джексоном что-то не так. Посмотрел настороженно, даже принюхался…
– Что с шинелью, дарагой? Упал?
– Упал. За бандитом гнался.
– Убежал бандит?
– Тебе какое дело? ― грозно спросил Джексон. ― Мне деньги нужны, Черноглазый! Срочно!
– Совсем нет денег! ― простонал продавец шаурмы. ― Копеек пятнадцать, может, медью…
– Ты поиздеваться надо мной решил? Сколько ты мне должен? Три рубля?
– Три рубля десять копеек. Девчонка бабку свою сегодня сдала по твоей наводке. Все деньги ей отдал, на твой счет десять копеек записал. Муку купил. Брату в долг дал. Нет наличных. Да ты не переживай, завтра-послезавтра отдам, Джексон!
На улице загрохотало. Джексон обернулся посмотреть, что, а Черноглазый в это время протянул руку под прилавок, где лежал дробовик. Краем глаза Джексон заметил его движение. Выстрелил рефлекторно, не задумываясь. Черноглазый тонко завыл.
– Куда девчонка с бабкой пошла? Откуда она? ― проорал в лицо раненому Джексон.
– Из Заречья… Она из Заречья. Ткацкий двор. И раньше шаурму покупала. Не стреляй, дарагой. Все возьми…
– Где деньги?
– Под прилавком. Смотри. Ямка под листом фанеры. Только не стреляй!
Джексон нашел тайник почти сразу. Две золотые монеты, горсть серебра. Не так плохо шел бизнес на шаурме.
– Обмануть хотел, собака? ― поинтересовался он у Черноглазого. ― Почуял?
– Что, что почуял?..
Джексон выстрелил продавцу шаурмы в глаз. Контрольный. Незачем оставлять следы. Торговал шаурмой ― на шаурму и пойдешь. Кажется, был братец у Черноглазого. Тот, правда, свеклой и картошкой промышлял, что на лесных фермах выменивал. Но шаурма-то всяко выгоднее…
Разряженный двуствольный пистолет полицай бросил на пол. Патроны закончились. Жаль, полезная была игрушка. Но таскать лишних два фунта железа сейчас ни к чему. Да и служебный револьвер, к которому патроны имелись, остался.
В Ткацкий двор ― большой барак бывшей швейной фабрики ― Джексон ворвался с высоко поднятым жетоном полицая над головой. Револьвер плясал в руке. Рюкзак с хлебом, забранным из шаурменной, давил на плечи.
– Девчонку, что бабку продавала! Быстро! ― проорал он.
Седобородый дед вывел девчонку.
– Что случилось, господин полицай? Документы у нас в порядке…
– В порядке, ― эхом отозвалась девчонка.
– Расскажи про пацана, который продавал корову. И тебе ничего не будет, ― пообещал Джексон.
– Расскажи, ― приказал дед.
– Он живет на заброшенном складе в порту. Пришел туда с заимки. Всю семью партизаны перебили. А он ушел. Корову пас. Я видела корову. Добрая… Она умерла…
– Дура, ― выдохнул дед.
– И молоко я пробовала, ― прошептала девчонка. ― Он угощал. А потом корова умерла. И он пошел ее продавать. Чтобы уйти дальше. Не нравится ему наш город… А коровы больше нет. Он уже ушел…
– Дура, ― бросил Джексон. ― Из дому не выходите. Обо мне никому не говорите. Ясно?
– Так ты полицай, не полицай? ― настороженно спросил дед.
И как они быстро соображают! Нюхом чуют.
– Полицай! Секретное задание мэра. В город сегодня не ходить! На вопросы не отвечать!
На мгновение Джексон задумался над тем, чтобы пристрелить деда и девчонку. Но патронов не так много. И в доме они не одни. А всех не перебьешь. И у кого-то наверняка есть ружье. Приходилось рисковать, оставляя свидетелей.
Серые блоки портового склада нагоняли тоску. Джексон разглядывал их, размышляя: который? Не первый от дороги. Не самый ближний к реке ― слишком на виду. Выходит, или второй, или третий, или четвертый… Скорее ― четвертый.
Гадать толку не было, но чутье часто помогало полицаю. Осторожно обойдя по едва заметной в бурьянах тропинке первый склад, Джексон быстрой перебежкой миновал широкую площадку перед вторым, крадучись прошел вдоль стены и по хрустящему гравию между вторым и третьим, едва не наступил в медвежий капкан, прикрытый пожухлой травой… Выходит, близко люди!
Вот и четвертый барак, гостеприимно открывшая зев дыра в стене, пробитая гранатометом. Сюда, под самострел, сунется только дурак. Где настоящий вход, которым пользуются обитатели? Не полуоткрытые трехметровые ворота ― это ясно. Не оконца в двух метрах над землей… Хотя почему не оконца? Рядом с одним окном словно невзначай завалился на стену электрический столб. Пожалуй, здесь будет безопасно.
Джексон вскарабкался по столбу, заглянул в темноту склада. Ничего. Вроде бы ничего. Спрыгнул вниз, шагнул. Ноги подсек стальной канат, и Джексона рвануло вверх, к потолку. Вдали зазвенел колокольчик. Бывший полицай попал в ловушку.
Шаги скрипели по гравию неспешно. Хрусть-хрусть, хрусть-хрусть…
– Эй! Не дурить! Полицайская облава! ― натужным голосом проговорил Джексон. Поза не располагала приказывать очень уверенно.
– Не гони, ― кашлянул чей-то хриплый голос. ― Один ты здесь. И помощи тебе не будет…
