Дальнейшие часы перелетов и перемещения в порталах стали для меня напряженной гонкой. Конечно, на хвосте никто не висел, но во-первых перемещение по мертвому миру само по себе для одержимого небезопасно, а во-вторых я подспудно ожидал, что в одном из пересадочных пунктов меня встретил сэр Галлахер. И спросит, почему срочная доставка кота хозяйке — пусть хозяйка и является директором гимназии, для меня важнее чем встреча с ним по поводу мечей.
Когда я и пятерка сопровождающих гуркхов приземлилась за стенами Форта Ченслор, я даже не поверил, что все получилось. Попрощавшись с гуркхами, оставил капитана Риджала и его отряд ожидать указаний от принцессы. И, все еще не до конца веря в успех, вышел из мира Инферно через арку портала. Которую никто переходом не занимал — об этом мне Саманта сегодня среди прочего во время обеда сообщила.
В англиканской церкви неожиданно обнаружил полковника Николаева, мирно пьющего чай с настоятелем. Мой мастер-наставник и навигатор был в непривычно на нем выглядящем партикулярное платье, напоминавшем гражданский ведомственный костюм. Который, правда, все равно смотрелся на полковнике как военный мундир, даже без знаков различия.
— Оу… — не удержался я от восклицания при виде Николаева.
Настоятель, едва завидев меня, прервался на полуфразе и переглянувшись с полковником, без задержек поднялся и вышел, оставляя нас наедине.
— Знаешь… — с грустным выдохом проговорил Николаев. — Когда я просил тебя не поджигать так, как в Хургаде, я подразумевал несколько иное. Я имел ввиду быть тише, а не громче. Не творить великие дела, походя спасая принцесс, а постараться быть незаметным. Наблюдать, а не становиться центром событий. Мне кажется, это было абсолютно очевидно, но сейчас я очень жалею, что не уточнил, — бесконечно усталым голосом закончил мастер-наставник.
— Я… так получилось. Я не специально, — совершенно искренне попробовал я оправдаться.
— Не специально? — удивительно знакомым жестом поднял леву бровь Николаев.
— Так сложились обстоятельства.
— Я верю, — покивал Николаев. — Но на будущее, пробуй все же сам складывать обстоятельства, а не складываться под ними. Итак, рассказывай.
— Прибыв в Базаар, я…
— Не про это. Про твои похождения я знаю весьма подробно, вплоть до визита к Нидермайеру.
— …?! — крайне удивился я.
— Не волнуйся. Это по-прежнему эксклюзивная информация, — усмехнулся Николаев. — Так что нас теперь четверо — ты, леди Элизабет, Скрипач в ограниченном доступе, ну и теперь я.
Откуда Николаев об этом знает, даже спрашивать не стал. У нас, как понимаю, есть только один общий знакомый, который мог ему все о произошедшем оперативно рассказать. И мне бы с ним, кстати, в ближайшее время очень неплохо было бы увидеться.
— Так о чем тогда рассказывать?
— Ты забрал мечи?
— Нет.
— Нет? И почему же я не удивлен? — усмехнулся Николаев. — Что сказал сэр Галлахер?
— Я к нему не обращался.
— Не обращался? — совершенно искренне удивился полковник.
— Да. Я рассудил, что его аргументы в любом случае будут тяжеловеснее моих.
— И ты решил…
— Да. И я решил, прежде чем общаться с господином Галлахером, посоветоваться с вами.
— Хм, — теперь Николаев посмотрел на меня с неподдельным уважением. — Беру назад свои слова про складывающие тебя обстоятельства.
Достав из кармана ключ-карту от машины, полковник приложил палец к выделенной области, и взглядом показал мне сделать то же самое. Короткое касание, и доступ к управлению его машиной оказался для меня открыт.
— Завтра у тебя выходной. Жди меня здесь, в Архангельске, в своей усадьбе Делашапель. В гимназии не появляйся.
— Мне кота надо отдать.
— Что? — вкрадчиво переспросил удивленный полковник.
— Мой демон здесь, в этом мире, был в теле кота. Это кот Зориной, Татьяны Николаевы, директора гимназии.
— Твой демон… — в глубокой задумчивости перебил меня Николаев. — Знаешь, твоя уверенность в себе — это настолько плохо, что периодически даже становится удивительно хорошо, являясь преимуществом. Прости что перебил, продолжай.
— Я приказал демону кота вернуть, — показал я светящуюся змейку на запястье, — как предлог для того, чтобы как можно быстрее покинуть Инферно, не пересекаясь с сэром Галлахером.
— Мархосиас остался один, в своей первой форме? — почему-то явно напрягся Николаев.
— Нет, я его в бурбона подселил, оставив за главного над ними. Мне сейчас нужно лояльное племя, и не нужен с ним геморрой, а времени разбираться в этом лично нет.
— Н-ну… согласен, здесь разумно, — кивнул Николаев, заметно успокоившись и задумчиво коснувшись пальцами подбородка.
Не здесь и не сейчас, но почему полковник испытал беспокойство по поводу одиночного существования Мархосиаса в своей первой и единственной форме — это вопрос. Определенно важный.
— То есть, возвращаясь к животному. Ты решил, что вопрос возвращения кота настолько важен, что будет отличным оправданием тому, что ты решил не беседовать с сэром Галлахером насчет принадлежащих тебе мечей, которые являются невероятно сильным артефактом?
— Н-ну да, — кивнул я.
