– Нет. Император сам был сильным чародеем. Он успел прознать про это стекло и наложил на него ещё и свои чары. Вошедшие внутрь могли свободно оставаться там недолго. Минут десять от силы по нашему счёту. А после место, куда они попадали, превращалось в небольшой замкнутый островок, отрезанный от мира. В ловушку, из которой невозможно выбраться.
– И они умирали там? – спросила донна Марта.
– Они не умирали, а превращались во что-то вроде тени. Или в отражение самих себя. Как если бы они вошли в кусок пространства, который отражает зеркало. В таком виде эти узники могли существовать долго. В легенде говорится: «Пока не пробьёт их час».
– Значит, они до сих пор остаются внутри этого стекла? – спросил Нико.
– Едва ли, – ответил мастер Мартин. – Помучив мастеров, чтобы отбить у них охоту даже думать о побеге, дож как-то вытащил их из заточения с помощью другого, вроде бы зеркального стекла. А путеводное забрал себе.
– Зачем? – удивилась Марика.
– Чтобы держать в страхе приближённых? – предположил Нико.
– Чтобы держать в страхе весь мир. По крайней мере, ту часть мира, которая была ему известна. С помощью этого стекла его подручные могли проникнуть в любое место.
– Но только на десять минут? – уточнил Нико.
– Да, но за десять минут небольшая шайка имперских головорезов легко могла обчистить чужую казну, убить в собственной спальне несговорчивого короля, похитить заложника. А сам дож оставался неуязвимым за чёрными стенами Эффы.
– Но ведь однажды это всё-таки закончилось? – спросила Марика.
– К счастью, да. Согласно легенде, однажды дож похитил дочку морского царя. Тот, разумеется, разгневался и затопил Чёрную Эффу вместе с неприступными стенами, дожем и мастерами.
– А дочка? – воскликнула Марика.
– Наверно, взмахнула хвостом и уплыла, – предположил Нико.
– А у неё был хвост? – улыбнулась Марика.
– Про хвост в легенде ничего не говорится, – ответил мастер Мартин. – Но в одной хронике написано, что даже маленький осколок путеводного стекла может открыть дорогу туда, куда стремится сердце. И стать ловушкой.
Нико поднял на него глаза и серьёзно спросил:
– Мы едем искать эти осколки?
– Да. Если они на самом деле существуют.
– А почему не всё стекло целиком?
– Стекло – по версии одного моряка – разбили, когда пытались вытащить его на сушу. Большая часть осколков благополучно утонула в морских глубинах. Но что-то могло уцелеть.
– Кто же тогда та красавица, которую я видела в кулоне? Одна из тех, кто угодил в ловушку? – спросила донна Марта.
Мастер Мартин покачал головой:
– Скорее отражение той, по кому тосковал мастер. Ты сама сказала: это красота, родившаяся из печали.
– Что-то, пожалуй, мне не хочется иметь такое украшение, – сказала донна Марта. – Даже если бы оно было нам по карману.
Мастер Мартин ничего на это не ответил. Поднялся и сказал:
– Пожалуй, лучше лечь пораньше. Нико уедет завтра чуть свет.
Провожать Нико на рассвете вышла вся семья. Донна Марта с Марикой молча глядели, как он седлает серого коня. Светловолосый мальчик-подмастерье за зиму тоже вырос и выглядел теперь почти взрослым юношей, хотя ему исполнилось только пятнадцать лет. После Осеннего бала он подружился с компанией молодых людей, когда-то составлявших свиту дона Лусьо. В их обществе он скоро сделался хорошим наездником, научился неплохо фехтовать и стал держаться непринуждённо и уверенно. Мастер Мартин ничего не имел против их бесшабашной юной лёгкости. И всё же, отправляя своего ученика в его первое самостоятельное путешествие, он заметил как бы между прочим:
– В Тюхином мире эфой зовут небольшую, но очень ядовитую змею.
– Что-то давно Тюхи у нас не видно, – откликнулся Нико рассеянно.
– У них сейчас зима, – сказал мастер Мартин. – Возможно, многие проходы перекрыты. И принцы ещё спят под снегом.
Мастер Мартин и Нико вместе вышли к тому месту, где герцог назначил им встречу. Это были развалины старой городской стены, увитые плющом, заросшие колючими кустами и накрытые сверху ветвями двух больших платанов. Место казалось диким и заброшенным. Однако если знать подходы, то под стеной можно найти ровную площадку, будто специально предназначенную, чтобы укрыть от посторонних глаз коней. Дон Серхио появился на месте встречи сразу за мастерами путешествий. Судя по перемётным сумкам, его собрали в путь не менее основательно, чем Нико.
– Могу порадовать вас новостями, – сказал герцог. – Нынче ночью Педро Зурван, как и собирался, ушёл в город. Его проводили до уютного домика на окраине. Бравого моряка впустила молодая особа – вполне себе «подружка» на вид, если верить моему человеку. Наутро Педро уже и след простыл.
– Он ещё с кем-нибудь встречался в городе? – спросил мастер Мартин.
– Нет, сразу исчез.
– И не пытался унести казну Касилии?
Герцог в ответ усмехнулся:
– Нет, не пытался. А его так ждали…
– Его или Муклина?
