– Не думай ни о чем, прислушайся к себе, почувствуй, как бьется твое сердечко. Тук, тук, тук! Оно такое горячее и запросто может поделиться этим жаром, направь его тепло в свои руки, на самые кончики пальчиков. И отпусти этот жар на свободу, только немножечко. Запомни, нельзя давать полную свободу огню, он вечно такой голодный... – шептала я на ухо Хему, обнимая со спины и держа его руки, над сложенными в будущий костер сухими ветками.
Прошло пять дней, как у демоненка прорезались рожки, и он начал проявлять повышенное и непривычное беспокойство. Жаловался, что внутри у него жжется что-то, рвется на свободу. А я со страхом поняла, что это природная магия просыпается и просится наружу. Магия огня!
Когда проснулась моя магия жизни, я бегала по всему поместью и пыталась лечить всех подряд, были моменты, когда я специально наносила себе ранки, чтобы залечить. Так действовала Сила, переполняя меня, разрывая изнутри и требуя выхода, вот как сейчас из Хема огонь рвется наружу.
Утро третьего дня, как мы покинули оборотней, выдалось неприветливым: серым, пасмурным – вот-вот пойдет дождь. Мы старательно учились правильно выпускать силу Хема, чтобы он не сжег себя и лес заодно. Я держала его за руки и трепетала, чувствуя скрытую в нем мощь магии огня. Ему всего шесть лет, а я с трудом помогаю удерживать силу: спина взмокла от напряжения, а голос едва не дрожал, пока вводила его в транс и наставляла.
Наконец, струя огня сорвалась с его пальцев к хворосту и с жадным урчанием набросилась на еду. Даже я ощутила облегчение, когда Хем смог 'спустить пар'. Порядком уставшие от напряжения, оба обмякли, уселись на землю и гордо посмотрели на детище Хема – высокий гудящий костер. Правда, такими темпами от наших дровишек скоро ничего не останется и придется собирать еще. А, не страшно, главное – у нас в очередной раз получилось, но с каждым разом магия мальчика становилась все сильнее, и вскоре мне сдержать ее своей магией жизни не удастся.
Хему срочно требуется наставник и блокатор его силы, пока не научится самостоятельно контролировать. И в связи с этим возникал вопрос: следовать ли сразу на юг и искать отца мальчика или можно все же отправиться в Эмерун к дедушке и уже с его помощью искать родственников Хема.
Очень животрепещущий вопрос, слишком важный, чтобы оставлять его решение на потом. Кроме того, боюсь, мой темный дед так же негативно отнесется к демоненку как и оборотни, а сбежать от него, чтобы помочь Хему найти отца, может не получиться. Мы бы и от оборотней не сбежали, если бы альфа не посодействовал! Я многое могу, но не стоит переоценивать себя. Все это вносит смуту в мои мысли. Кто бы подсказал верный ответ? Подбрасывая ветки в костер и потроша подстреленного ранним утром серпуга для будущей похлебки, думала о своих дальнейших действиях.
Хем, 'слив' лишнее магическое напряжение, как обычный ребенок беззаботно гонялся за бабочкой, и я неосознанно улыбалась, присматривая за ним. Как только мы убрались из-под опеки оборотней, Хем воспрял духом, будто светился и выглядел непривычно веселым. Хотя его эмоций на длительное время не хватало, и он снова превращался в маленькое равнодушное молчаливое существо. Именно поэтому вот такие эмоциональные порывы я ценила больше всего и непередаваемо радовалась им.
На краешке полянки, где мы ночевали, паслась Малышка – наша маленькая лошадка. Еще в ночь нашего побега от оборотней Хем неожиданно предложил придумать ей имя и сам назвал. Я, конечно, согласилась. Лошадка оказалась смирной, выносливой и главное – хорошо обученной. Передвигались мы с ней гораздо быстрее. Когда я наговаривала магический круг, чтобы хищников отводить, она послушно не выходила за его пределы и мирно пощипывала травку.
Боги! Ну что же мне делать-то дальше? Идти к деду в Эмерун, а вдруг потом не отпустит с Хемом? А вдруг он не любит демонов и выкинет его за пределы своих территорий? А вдруг... А меня вообще выдаст замуж как запланировано соглашением, чтобы сохранить в роду столь редкую для темных магию?!
Когда отправлялась в путь, об этом не думала, почему-то внутренне была согласна с любым решением деда. В тот момент меня волновала практически полная потеря связи с отцом, любви которого я так и не добилась, а будущее и возможное замужество мало интересовали. Думаю, я безропотно приняла бы с волю темноэльфийского деда, но после всего случившегося со мной – нет! Потому что ощутила внутреннюю свободу, поняла, что сильна и со многими трудностями справляюсь. Да, худо-бедно и часто с чужой помощью, но я – точно не безропотная изнеженная темная, которая, попав в яму, не может выбраться оттуда из-за саури и приличий.
