— Ты не надеешься
— Не думал, что ты возьмешь
— Они будут себя хорошо вести, — ответил воин и, взмахнув рукой, накрутил цепи на локоть. Через мгновение они вновь исчезли. — Она ответила? Так быстро? Неужели алхимики научились бегать? — Лже-легионер коротко хохотнул.
— Это не понадобилось. Нас привел сюда Ганнон. Прямо к цели. — Коул указал на юношу.
— Хах, а ты говорил, что парнишка не оправдал надежд! — Клыкастый не заметил, как юноша вздрогнул от его слов. — А я сразу увидел, что толковый, хоть и надеется больше на разговоры. Выходит, не оборванная оказалась нить. И говори уж так, чтобы твои слова были понятны тем, с кем нам вместе идти в бой!
— Да, зря перевернул вверх дном весь Арватос и половину Ступеней. — Коул щелкнул пальцами и его с клыкастым окружил полупрозрачный барьер. Ганнон сразу узнал ощущение: все было как в тот раз, когда он случайно подслушал разговор Коула с этим воином в Виалдисе. — Раз уж ты настаиваешь говорить на Део, пусть так, — усмехнулся старик, глядя на своего соратника.
— А ты все опасаешься людей, и все такой же пройдоха: Говорить буду на Део, но от деорусцев спрячусь. И как будто и сдержал слово! — ухмыльнулся в ответ лже-легионер.
Тризар с осторожностьюобходил вокруг кокона, то поднося, то убирая руку. Похоже, он совсем не слышал, о чем говорили внутри. В отличие от Ганнона, с жадностью ловившего каждый доносящийся оттуда звук.
— Нам повезло с церковником. — Приглушенный голос Коула был вполне различим. — Но он уже знает слишком много. И не он один. — От этих слов Ганнон внутренне содрогнулся, слова упали свинцовым грузом.
— Ну, церковник этот хочет умереть с честью, но если сдюжит... Ты же мастер в этом. — Мутный силуэт воина изобразил жест возле головы.
— Хорошо, но девка из Лиги нужна живой. Сойдет за рекрута, и она ценный агент.
— Парнишка тоже нужен? Все-таки привел сюда.
— Да, конечно. — Интонация Коула читалась плохо, но Ганнону стало совсем уж не по себе. Впрочем, Силаи точно была более значимой фигурой. Эта Лига была куда сильнее их так называемого Братства, даже сравнивать было невозможно. Старик тем временем вновь обратился к клыкастому: — Хочешь сам его проверить? В любом случае, сможешь выдать за рекрута, что не сумел покинуть дом.
— Один лучше, чем два, — со вздохом ответил воин. — Я верю в него, но, сам знаешь, надо взять в бой, чтобы удостовериться. Поберечь его?
— В этом мастер ты. Решай. — ответил Коул. После этих слов барьер рассеялся, заставив Тризара попятиться. Клыкастый подошел к деорусцам.
— Меня зовут Архасс, держитесь позади. Ты, — он указал на жреца, — сам поймешь, когда пришло твое время. Ты, — палец воина уперся в Ганнона, — худоват! — Лже-легионер рассмеялся, вновь обнажив клыки, и снял с пояса амулет. — Надень, чтобы сразу не сгореть. Не бойся, он внешний. Пойдет поверх его колечка. — Он кивнул в сторону Коула. Затем снова обратился к Ганнону: — Не лезь на рожон, одного-двух трупов будет достаточно.
Тризар промолчал, он, похоже, смирился с творящейся фантасмагорией и сфокусировался на своей цели. Жрец опустился на колени и начертил круг, после чего погрузился в молитву. Воин внимательно следил за ритуалом. Ганнон аккуратно затянул бечевку у себя на запястье. Он видел Архасса второй раз в жизни, но тот уже вызывал у него больше доверия, чем Коул, с которым юноша был знаком почти десять лет. С годами старик внушал лишь все больший страх и вызывал отчуждение.
Амулет на секунду потяжелел, потянув руку вниз, но ощущение груза тут же исчезло. Ганнон почти не чувствовал его присутствия, разве что давление, когда он сгибал руку, будто бы его локоть сжимал что-то мягкое.
Двое пришельцев дождались, пока брат Второго Круга закончит приготовления, и двинулись вперед, оставалось только идти следом. Ганнон поборол желание развернуться и бежать без оглядки. Отчасти этому помогла мысль о Боннаре и Иннаре, но в основном – к его стыду – железная уверенность, что толку от этого не будет: не выйдет ни убежать, ни спрятаться.
