В Украине роль Китая как пособника российской агрессии была расценена жестко. Депутат украинской Рады Николай Княжицкий заявил, что "Китай должен понять, что подписание декларации об установлении нового мирового порядка 4 февраля этого года, воспринятое Путиным как разрешение Пекина на полномасштабное вторжение в Украину, было огромной ошибкой".49 Владимир Омелян утверждает, что Китай несет "моральную ответственность" за войну в Украине, а учитывая его стремление к сверхдержавности, он действовал безответственно, проводя политику нейтралитета.50 Отказ Китая выступить гарантом безопасности Украины, несмотря на неоднократные обращения украинских официальных лиц и обещания выступить в этой роли в 2013 году, усугубил настроение разочарования в Киеве. Это недоверие ослабило силу китайско-украинского экономического сотрудничества. 23 сентября Зеленский признал, что разговор с Си Цзиньпином "будет трудным", и выразил разочарование тем, что довоенные каналы связи с Китаем, которые заключались в широком экономическом и торговом сотрудничестве, были разрушены.51 Хотя Китай регулярно оказывал гуманитарную помощь Украине с 9 марта, перспективы его инвестиций в восстановление Украины были менее определенными. Алексей Маслов утверждает, что хотя Китай рассматривает Беларусь и Украину как ключевые точки входа в Европу, его инвестиционные перспективы зависят от характера режима в Киеве, поскольку Китай был недоволен решением Украины помешать его инвестициям в аэрокосмическую компанию "Мотор Сич".52 Омелян приводит негативный прецедент, когда Китай обещал инвестиции в инфраструктуру черноморского порта в Николаеве или дороги в Бердянске и отказался от них, как признаки того, чего можно ожидать в сценарии послевоенного восстановления.53
В связи с такой неоднозначной картиной прогресса и ограничений, разгорелись жаркие споры о том, выиграет ли Китай от победы или поражения России на Украине. Сергей Караганов утверждал, что Китай заинтересован в успехе России на Украине из собственных интересов, поскольку "поражение России приведет к качественному ухудшению позиции КНР".54 Это утверждение согласуется с существующим в Китае убеждением, что конфронтация с Западом неизбежна. Профессор университета Цинхуа Янь Сюэтун заявил: "Война в Украине усилила конфронтацию между США и Китаем" и создала биполярный порядок, который не всегда был благоприятным, поскольку у Пекина были напряженные отношения с Германией, Францией, Великобританией и Японией55 .55 Ху Вэй, заместитель председателя Центра исследований общественной политики при Канцелярии советника Государственного совета в Пекине, заявил: "Китай не только не может не поддерживать Путина, но и должен предпринять конкретные действия, чтобы предотвратить авантюры Путина", представляя точку зрения, которая была изгнана из китайского внешнеполитического дискурса. Преобладание в Китае сторонников жесткой линии подтолкнуло его к сближению с Россией, и Москва потворствовала этой тенденции. Ху Сицзинь утверждал, что Россия является важнейшим партнером Китая в борьбе с "максимальным стратегическим принуждением" США, поскольку она может поставлять Китаю энергию, продовольствие и сырье, помочь стабилизировать Центральную Азию, удержать США от ядерного шантажа, помочь в сдерживании Японии и облегчить отношения с Индией.56 Отражая предупреждения Сицзиня о принуждении США, Дмитрий Медведев 23 марта высказал мнение, что после унижения России США перейдут к "полному ослаблению Китая", что будет способствовать глобальному кризису, прекращению поставок энергии и продовольствия, краху коллективной безопасности и "большому ядерному взрыву".57
Доводы в пользу того, что Китай лоббирует ослабление России, основываются на желании Пекина подчинить себе Москву, превратив ее в вассальное государство. Профессор Российского экономического университета им. Плеханова Олег Глазунов утверждал, что западные санкции против России "играют на руку Китаю, потому что Россия устраняется как конкурент".58 Возможность подчинения Китаем суверенитета России остро ощущалась в Москве, даже если изоляция Москвы от Запада не позволяла найти простое решение. Владимир Иноземцев считал, что "русские боятся Китая даже больше, чем Запада", поскольку его неправильно понимают, и антикитайские настроения будут расти, поскольку стремление России к независимому курсу не позволяет "поменять прозападный путь на прокитайский".59 Суслов утверждал, что никто в России не хочет, чтобы зависимость от Запада сменилась зависимостью от Китая, поскольку это "стратегически не выгодно", но признавал, что в первую очередь Москва думает о выживании в гибридной войне с Западом.Хотя создавалось впечатление, что Китай негласно болеет за успех России в Украине, движение России к пропасти поражения может заставить Пекин увидеть преимущества ослабленной России.
