– Которые буду отдавать. Прежсево, вы мои телохранители – Мертвотупак меня достал, не подпускайте его ко мне.
– Он уверен, что вы – королевской крови, сержант.
– Так и есть, стремщик, так что делай, чего скажу. А где мой значальный капрал? Неженка Дохлый? Ты тут?
– Так точно, сержант.
– Да, сержант.
– Больше не потерплю этого безобразия. Проводите меня в мою палатку… нет, прекратить, не поднимайте меня, идиоты. За ноги. Вот, и потихоньку…ох, вы под меня камни подсовываете? Капрал Мрожит, убирай камни, ладно? Боги, да где моя палатка? В Летерасе?
– Мы ищем, сержант… вы что, не поставили ее?
– Я? Ты мой капрал, это твоя работа.
– Погодите, сержант. Отдохните тут, мы займемся.
– Уж я думаю. Пробрежение обязанностями. Кто-нибудь, дайте восковую табличку и стило, я вас запишу. Я вас ражжаловаю в… э… под-капралы. Что за стук?
– Ставим стойки, сержант. Уже скоро.
– Э! Глядите на эти зеленые штуки! В небе! Кто их туда положил – уберите!
– Если бы я мог, сержант.
– Так ты теперь под-под-капрал – за неподчинение неказам… заказам… проказам. Погоди… – она повернулась набок и начала тошнить, хотя как-то лениво. – Приказам. Во. Э, куда меня тащите? Я там еще не закончила. Что-то в небе… я видела… прямо по этому зеленому. Видела… капралы, слышите меня? Большие крылья… я видела… а, ладно. Кто-то в беде, но уж точно не я. Теперь проверьте палатку… чтоб никаких пауков… тупые звезды, откуда они взялись?
Геслер поднес лампу поближе.
– Ну только погляди! Это все одна из Флаконовых крыс, могу поспорить. Прогрызла насквозь весь Худом проклятый ремешок. Поймаю – откручу мелкую башку.
– Крысе или Флакону? – спросил Ураган.
– Любому. Обоим. Знал же, что как-то странно болтается, на одном плече…
– Ага, – сказал Ураган. – Ты выглядел забавно. Кособоко. Как будто зеленый новобранец, не знающий, как носить портупею.
Геслер сердито взглянул на капрала.
– А ты весь день молчал – друг называется. А если я соплю высморкаю на пол-лица – так и будешь стоять?
– Уж поверь мне, – сказал Ураган. – Если только сумею сохранить серьезное лицо.
– В следующий раз, как увижу – у тебя волосы на заднице торчат, слова не скажу.
– Придется проверять дважды – это уж я усвоил. Думаю, надо найти Смекалку? Она вроде опаздывает.
– Отправь Поденку и Курноса.
– Ты не всерьез.
Геслер перестал расстегивать прогрызенный ремешок.
– Ага. Верно. Тогда ступай.
– Тебе точно не нужно здесь помочь?
– Да нет, ты и так уработался.
– Именно… я вымотался, Гес. Староват я для таких маршей. Еще немного – и я на стертых коленях поползу.
– И рост будет под стать твоему умищу. Знаешь, в чем твоя беда, Ураган? Ты стал очень раздражительный.
Громадный фаларец фыркнул.
– Гес, мы только что видели, как сотня взводных магов валились из строя, растекались, закатывая глаза, брыкаясь и давясь. А наш ужасный Верховный маг качался, как проклятый выпивоха, и чуть не размозжил голову о край фургона. Скрип вытравил последние пять обедов.
– Все это не имеет никакого отношения к твоим постоянным уверениям, что кто-то шпионит за нами, Ураган.
– Я только говорю, что чувствую, вот и все. Как чесотка между лопаток, знаешь ведь, как бывает. И все становится только хуже, что бы ни случилось… что бы ни случилось.
– Скрип сказал, что ты просто выдумываешь…
– Нет, не сказал. Он не сказал ничего… он даже в глаза мне не смотрит… ты был здесь и сам видел.
– Ладно, пусть он ничего не сказал, но этого и не требовалось.
– У меня странные сны, Гес.
– И что?
– С неба что-то валится. Я смотрю вверх – оно прямо над моей головой, и деваться некуда. Я не могу бежать, не могу скрыться, вообще ничего не могу, а только смотрю, как оно опускается на меня. – Он нагнулся вперед и хлопнул ладонями по земле так, что Геслер подпрыгнул. – Вот так. Ты подумаешь, что я просыпаюсь. Но нет. Лежу там, раздавленный, ощущая весь этот вес. Не могу шевельнуться, не могу даже дышать.
Геслер бросил кольчугу и ремни.
– Поднимайся, Ураган, пойдешь со мной.
– Куда?
– Идем, капрал, это приказ.
Геслер повел Урагана через лагерь, мимо костров, у которых толпились бормочущие солдаты. Они прошли лазарет, где усталые целители занимались волдырями на ногах, вывихнутыми лодыжками и прочим, и двинулись мимо первого из корралей для лошадей. Впереди виднелись три груженых фургона, огромная карета и десятка полтора палаток.
Подходя ближе, Геслер крикнул:
– Вал!
Из-за кареты появилась фигура и двинулась к ним.
– Геслер? Дезертируешь из Охотников за костями? Решил примкнуть к «мостожогам»? Умные ребята – легенды здесь не врут. Я учу этих солдат уму-разуму, но они и без всякого обучения все могут – правда.
– Хватит болтать, – сказал Геслер. – Где твои две красотки?
– Ох, Геслер, они измотались, честно…
– Буди их, обеих. У Урагана есть потребности.
– Ты имеешь в виду, у вас есть потребности…
– Нет, обе – для него. К тому времени как я приду забирать своего капрала, хочу, чтобы его шланг растянулся так, чтобы в лодыжках путался. Я хочу видеть невыразимое блаженство в его голубых глазенках и курчавые черные волосы в его бороде. Скажи милашкам, что я заплачу втрое против обычной цены.
