Пыль грез. Том 2 полностью

Статуи шевельнулись. Кто-то воспрянул, кто-то сгорбился, будто под невыносимой ношей. Статуи – мои родичи. Мои сестры, мои братья. Некому больше смотреть на нас, некому видеть нас, некому размышлять, кем бы когда-то были и чьи… любящие руки нас сотворили такими. На глазах у Ном Калы остальные т’лан имассы начали один за другим обращаться в пыль.

Ни одного свидетеля. Пыль грез, пыль всего, чего мы не достигли. Пыль того, чем мы могли стать и чем, к сожалению, стали.

Статуи не безмолвны. Для них молчание – это лавина слов. Услышит ли их кто-то? Станет ли слушать?

Ном Кала осталась наедине с Оносом Т’лэнном.

– В тебе нет гнева.

– Да, Первый Меч.

– Можешь ли ты его чем-то заменить?

– Не знаю. Люди одолели нас. Они оказались лучше, только и всего. Я чувствую только печаль, Первый Меч.

– А не найдется ли в печали места гневу?

Возможно, и найдется. Если хорошо поискать…

– Еще есть время, – произнес Онос Т’лэнн.

Ном Кала поклонилась и исчезла.

Ном Кала тоже обратилась в пыльное облако, и Онос Т’лэнн проводил ее взглядом. Перед его внутренним взором предстала фигура, протягивающая руки будто в мольбе. Он знал это измученное лицо с одиноким сверкающим глазом. Что мог сказать он незнакомцу, которого когда-то знал? Теперь и он сам был другим. Да, когда-то они были близкими друзьями. Но теперь у нас обоих больше общего с пылью.

Боль Ном Калы снова накрыла Оноса Т’лэнна. Ее мысли сочились страшной силой. Она была молода и являла собой пример того, кем могли стать имассы, если бы не Обряд, который лишил их будущего. Жалкого будущего. Бесславного поражения. Утраты достоинства и медленной смерти.

Нет, Ток Младший. Я дам тебе только молчание. И его неутихающий рев.

Услышишь ли ты? Станешь ли слушать?

Услышит ли меня хоть кто-то?

Она жила в его внутренностях подобно паразиту. Видела вокруг себя обломки давно забытого обещания, лужи и груды бесформенного мусора. Но также она ощущала тепло и пульсацию, словно сам камень был живым. Ей следовало еще тогда понять, насколько это важно, но ее сознание блуждало в своих же темных глубинах, полных бессмысленного раскаяния.

Она стояла шагах в шести от двух золотокожих чужеземцев и, как и они, удивленно смотрела в небо, не веря своим глазам.

Ампелас Укорененный.

Ампелас Сорванный. Огромный город – настоящая гора – закрыл собою небосвод на севере. Снизу свисали густые заросли переплетенных металлических корней, из которых лился переливающийся радугой дождь. Казалось, что даже в страданиях крепость не могла источать ничего, кроме даров. Да, Калит чувствовала эти мучения. Ампелас парил, накренившись на одну сторону. Его окружали облака дыма и пыли. Все дно было покрыто шрамами, словно разбитый божественный кулак, готовый снова врезаться в землю.

Калит ощущала… нечто, озлобленную волю, задыхающуюся от боли. Матрона? А кто еще? Это ведь ее кровь течет в камнях. Это ее легкие создают завывающий ветер в проломах. Это ее пот блестит и стекает подобно слезам. Это она кровоточит тысячей ран, это ее кости ломаются под огромным и вечно растущим давлением.

Да, это Матрона, но… в кошмарном сгустке ее плоти не осталось сознания.

Давно умерший город был сорван. Сорван вопреки тысячам и тысячам поколений веры и законов, когда-то казавшихся нерушимыми.

Она не признает никаких правил. Она своей волей вдохнула жизнь в труп, и он теперь ползет по небу.

– Летающая крепость, – произнес чужеземец по имени Геслер. – Лунное Семя…

– Только крупнее, – добавил Ураган, почесывая бороду. – Если бы Тайшренн такое увидел…

– Будь у Рейка нечто такое…

– Ага. Он бы раздавил Высшего мага, словно таракана, а затем и всю Худом траченную Малазанскую империю.

– Выглядит, однако, потрепанной, – заметил Геслер. – Не так сильно, как Рейков камушек, конечно, но того и гляди упадет.

Теперь Калит разглядела Фурий, марширующих под Драконьей башней. Да, «летающая крепость» – очень подходящее название. Тысячи солдат Ве’гат. Впереди их легионов – группки охотников К’елль. За Фуриями – огромные, нагруженные до отказа повозки, которые тянули трутни.

– Посмотри на гигантов, – сказал Геслер. – Настоящие тяжи. Нижние боги, один такой запросто порвет демона кенрилл’ах напополам.