Пыль на губах полностью

«Кэль хороший! Почему ты так думаешь, Ланта? Он просто испугался смерти, а кто бы из нас не испугался? Почему ты, глупая, ищешь в нем плохие качества? Он идеальный!»

Ланта обхватила голову руками. От недосыпа глаза выворачивало наружу, а виски сдавливала надоедливая боль. «Идеальных людей не бывает. Признай Ланточка, что смазливая мордашка запутала тебя. Он струсил, не смог достойно принять свою рану. Как он ныл о том, что ничего не успел!»

— Это глупость! — вскрикнула Ланта и вскочила с кровати. — Он был ранен в голову. Он мог просто бредить… Да, даже если и нет! Любой имеет право испугаться.

«Но только не идеальный Кэль», — ехидно возразил внутренний голос.

Ланта вздохнула и отмахнулась рукой, пытаясь избавиться от назойливых мыслей. Душная темнота камеры давила, девушке казалось, что стены, спрятавшиеся во тьме, постепенно сжимаются, собираясь поймать девушку в капкан.

— Неужели мне теперь жить в этой каморке?! — Ланта сжала веки, стараясь не заплакать. — Я не смогу спать в такой духоте!

«Ты попала в тюрьму, рисковала жизнью и все ради чумазого мальчишки в шкурах, который еще и трус».

— Он не трус, — тихо возразила сама себе Ланта. — Он много раз рисковал жизнью ради меня, так же, как и я. Он имел право испугаться. А вообще…

Договорить Ланта не успела. Она услышала приближающиеся голоса и замолчала, сжавшись всем телом. К камере кто-то приближался.

В замочную скважину двери вставили ключ и сделали три оборота.

Ланта ожидала увидеть кого угодно: Данею, маму, Лахесию, даже своего отца. Но когда вошел лорд Мардегор, она от неожиданности пискнула и вскочила с кровати.

Мардегор был высок ростом, его крупные и грубые черты лица стали еще ужаснее, окрасившись тенями от танцующего света факела.

Лорд улыбнулся испуганной минталенте, взял факел из рук тюремщика и жестом приказал ему покинуть камеру.

Ланта рассматривала мужчину и размышляла: — «Волшебник в лесу вроде бы упоминал имя Мардегора, говорил, что служит ему. Но зачем лорду Кэль и откуда он может о нем знать?»

Мардегор установил факел в держатель на стене и небрежно бросил за плечо обгоревшую палку предыдущего источника света.

— Что вам нужно, лорд? — первой нарушила тишину Ланта. — Да еще и в такое время.

Мардегор попытался изобразить сочувствие на лице, но свет факела придал лорду хищное выражение. В глазах мужчина сверкнули остатки сайрона, наполнившие радужку до предела. Ланта читала, что так бывает только у умирающих от сайроновой зависимости людей, которые принимали сайрон в дозах, несовместимых с жизнью.

«Любитель быстрого удовольствия», — Ланта вспомнила, как называли таких людей.

— Я только что узнал, что ты попала в тюрьму и очень расстроился…

— Я тоже расстроена этим событием, — перебила лорда Ланта. — Но зачем вы пришли?

— Помочь тебе, моя милая. Я обратился к великой сантарии и добился грамоты о твоем освобождении, — Мардегор улыбнулся и достал из кармана камзола желтоватую бумагу. Надписей Ланта не разглядела, но красную печать Совета нельзя было не заметить.

Лорд прищурился, пытаясь разглядеть вспышку радости в глазах Ланты. Но девушка лишь поджала губы.

— А с чего такая щедрость, лорд Мардегор? Что вы хотите взамен?

Мардегор наклонил голову, словно смущаясь своих дальнейших слов. — Ох, милая моя, сущую малость. Думаю, в награду позволишь поцеловать тебя в щечку.

Чувство омерзения холодной волной прокатилось по телу Ланты, заставив её желудок дернуться. Следом горячий страх растекся по рукам и ногам. — Что? Я никогда на это не соглашусь!

Довольные глаза Мардегора похолодели. — Даже так? Неужели ты хочешь остаться в темнице, милая? Я настолько противен, что ты боишься поцелуя в щеку?

Ланта вскинула голову выше. — Я готова остаться в темнице.

Мардегор вытянул губы, потер нос и сокрушённо покачал головой. — Какая жалость. Я недавно говорил с лордом Карлексеем, управляющим дворцом. Мои слова и три увесистые шкатулки с сайроном убедили его, что лучшим местом для новой библиотеки станет обсерватория на вершине дворца. Правда, придется избавиться от находящегося там оборудования…

К страху примешалась злость, Ланте стало настолько жарко, что на лбу около линии волос выступила тонкая полоска испарины. — Это обычный жалкий шантаж, лорд Мардегор. Чего вы хотите этим добиться?

— Я всего лишь хочу получить заслуженную награду за свое беспокойство. Поцеловать милую леди, вот и все, чего я хочу. Невинный поцелуй в щеку — разве это что-то ужасное?

Ланта скривилась. — Уходите.