— Хорошо… Спасибо, отче. — на мой ответ мужчина улыбнулся. Седые волосы и такого же цвета, аккуратно подстриженная бородка, морщины на добром лице. Да это точно был он — священник и хранитель детского приюта.
— Вижу ты знаешь, кто я и где ты находишься. Это хорошо. Я рад, что ты выжил. Как нам называть тебя, юноша? — отче протянул мне руку, помогая встать со странного каменного ложа. Я, обнаружив, что полностью наг, лишь подарок сестренки, браслет оставался на мне, запахнул прикрывавшую меня простыню и попытался встать на ноги.
— Меня зовут Всполох. Называйте меня так. — Ноги слушались и уверенно держали меня. Я вспомнил о Бубе и решил не тянуть и призвать его.
— "Не надо Хозяин. Не здесь… Дух хранитель храма просила не призывать меня под сводами ее обиталища… Хозяин. На улице можно… Но не здесь Хозяин." — вняв голосу своего фамилиара и убедившись, что с ним все в порядке, я окончательно успокоился. Вспомнив приятный женский голос, что сопровождал меня в том странном месте… или состоянии… полном света и тепла, я решил не нарушать волю приютившей меня сущности.
— Кличка…? — отче нахмурился.
— Имя… мне его дали приемные родители… там… — я неопределенно махнул рукой в сторону где, как мне казалось, находился Вечный лес.
— Имя… — задумчиво протянул отче, и еще раз взглянул на меня, с еще большим интересом. — Пусть будет так, Всполох… из Темнолесья.
Наши взгляды вновь встретились, этот старик точно знал многое, что по словам Видящего должно быть сокрыто от простых смертных. С каждым новым днем, каждым шагом я все чаще ловил себя на мысли, что меня словно ведет некая воля, или стечение обстоятельств, случайных встреч, каждый раз направляя меня в сторону ответов на мои вопросы…
Скрипнула дверь и в проеме показалось любопытное детское личико. — Он проснулся! Несите скорее! — дверь распахнулась и в главный зал ввалилась гомонящая кучка ребятни разных возрастов. Впереди с гордо поднятой головой шел Прокл, неся на вытянутых руках перед собой парящую глиняную кружку.
— Вот. Как ты любишь — подойдя ко мне и протянув свою ношу, сказал мальчик. Я уже почуял запах любимого чая и с улыбкой принял подношение. Несколько глотков приятного и очень горячего напитка развеяли последние сомнения и опасения.
— А где Буба? — из-за плеча брата высунулась светлая головка Дуняши. — А то мы рассказывали ребятам и обещали показать… а его нет.
— Он отдыхает. Скоро я призову его. — Я погладил ребят и вновь пригубил горячий чай.
— А где моя одежда и вещи?
— Ваша сумка… господин в келье отче… — Грузная женщина с добрым лицом, сохранившим следы недавних невзгод несколько замялась. — Правда мы… ребята сказали, что еда в ней… для нас. Поняв, что беспокоит ее, я улыбнулся и кивнул.
— Вы правильно сделали. Это действительно так, дети сказали мне, что вы голодаете и мы добыли ее для вас.
— Ваша одежда еще сохнет, девочки вчера ее заштопали и постирали, думаю скоро ее можно будет надеть. — Старая няня вновь смутилась и от чего-то покраснела. Я поглубже запахнул простыню и в нерешительности посмотрел на отче.
— Пойдем за мной, Всполох, посмотрим что-нибудь для тебя из моих вещей. — Отче похлопал меня по плечу, поманив за собой. Дети расступились, рассматривая меня словно диковинку, пропуская нас внутрь жилой части приюта.
Скромность на грани бедности. В центре комнаты, что видимо служила обитателям приюта столовой, стоял длинный стол, вдоль которого расположились две лавки. Боковые стенки комнаты были скрыты длинными занавесями, как я позже узнал, там спали дети, с одной стороны девочки, с другой мальчики. В центре противоположной от входа стены, я увидел массивный камин с причудливыми железными приспособлениями и вместительным котлом. Рядом с ним виднелась небольшая кучка деревянных обломков, что заменяли обитателям дрова. Пара дверей по обеим сторонам от камина и все.
Священник провел меня к правой двери, за которой оказалась небольшая комната. Стул, стол с огарком свечи, небольшой шкаф и книжная полка. Узкая и низкая кровать да уже виденный мной знак Митрианства — длань света. Отче указал мне рукой на стул, а сам направился к шкафу. Бормоча что-то себе под нос он несколько минут рылся в нем, видимо что-то выбирая.
Вскоре определившись он повернулся ко мне и с улыбкой протянул сложенное вчетверо серое одеяние. Я принял подарок и не задумываясь скинул с себя простыню. За дверью кто-то охнул, послышался звук смачного подзатыльника и скрип притворяемой двери.
— Я что-то делаю не так, отче? — одеваясь, спросил я священника, на что тот лишь по-доброму расхохотался.
— Твое имя и полное отсутствие стеснительности в отношении своей наготы… Ты пришел к нам из леса?
— Да. Я вышел из Вечного Леса, отче.
— Ты жил среди них? Лесных духов?
— Да, отче. Но они не духи, лишь народ… просто не люди. — Я внимательно посмотрел на старика. — Что вам известно об авари?
— Авари значит… Они себя так называют? — в ответ я лишь кивнул, пытаясь разобраться с поясом.
