Он не питал к перу симпатии, но оно связывало его с прошлым и с Орлом. Наверное, именно поэтому у Сокола не получалось его куда-нибудь спихнуть, ведь он думал, что если отдаст артефакт, то подведёт командира и обесценит те старания, которые тот приложил, чтобы добраться до ненавистного храма.
Пожалуй, Делеану придётся всё же отказать.
— Считай, я не человек, — Сокол требовательно протянул к нему руку, — поэтому я буду хранить его у себя.
— Ты поступаешь неправильно.
Наёмник сузил глаза.
— Я разберусь без тебя. Твои советы, увы и ах, ещё ни разу мне не помогли.
— Ты мне никто. Я тебя не боюсь.
— Да? Тогда я смело воспользуюсь своими обретёнными способностями, чешуйчатый, и ты иссохнешь. Печальное зрелище, — Сокол подмигнул ему. — Будешь летать в качестве пепла, осядешь… может быть, как раз на дерьме Короля. Вдруг получится потрещать с ним о мире во всём мире?
Делеан, стиснув зубы, неохотно отдал перо Соколу. Тот, довольный своей победой, замотал его в тряпку, отчего нивр ужаснулся, положил и обратно в сумку.
— Если мы всё решили, то я пойду к себе.
— Я провожу тебя.
— Меде-ея, — растянул гласные Сокол. — Боишься, что я снова создам вам проблемы?
— Да. Бывает как-то иначе?
От правды было… обидно.
Делеан, не сказав больше ничего, безмолвно проводил спутников и захлопнул за ними дверь. Под чутким руководством Медеи и Стриго Сокол попал в свою комнату. Он невинно им улыбнулся и пожелал доброй ночи, а оуви, растрогавшись, обнял его и издал довольный и смешной звук.
Когда Сокол остался один, он лёг в кровать. Только в эту минуту, после двух беспокойных дней, он почувствовал невыносимую усталость во всём теле.
Мысли, преследовавшие его в темноте, сейчас отошли на второй план. Он быстро уснул, но снились ему как всегда только кошмары.
Мавор, не поспевая за быстрым шагом Лидера, семенил следом за ним. Обычно тот не отличался торопливостью, и Адъяру, привыкшему суетиться по делу и без, часто приходилось его подгонять. Что сейчас изменилось — было для него загадкой.
Лидер пребывал в довольно хорошем расположении духа — поразительно редкое явление, поскольку у него, как правило, бывало только два настроения: агрессивное, когда он в буквальном смысле разбрасывался бумагами и доказывал, какое существенное значение для Солфаса имеет перо, и нейтральное — спокойное, когда он полагался на разум, а не на эмоции.
Возможно, он мог и веселиться, но это было крайне и крайне редко. Практически никогда. С некоторых времён.
— Эй, у меня новость.
— Мавор? — Лидер, остановившись, вопросительно повернулся к Адъяру. — И долго ты здесь?
То, как он погружался в свои мысли и не обращал ни на кого внимания, тоже не нравилось Мавору. Именно из-за рассеянности люди чаще всего терпели поражение или, по крайней мере, попадали в неприятные ситуации. А Адъяр, как человек практичный, понимал всю важность того, чтобы находиться в реальности, а не витать в облаках, даже если это было связано с каким-то великим и первостепенным делом.
— Ну, прилично.
— Что-то случилось?
— Нет… точнее, да, но и не совсем.
— Прошу тебя, ближе к сути.
— Я изучил твои досье на каждого человека из Циннии, чтобы, мало ли, убедиться, что никто не затесался к нам из ниоткуда. Проверил записи входа и, соответственно, выхода. Не знаю, если честно, зачем…
— Доверяешь бумажкам? Мавор, я возлагал на тебя большие надежды.
Адъяр сжал губы, прижал к себе папку, предоставленную послушником, занимающимся отслеживанием перемещений всех членов организации в пределах Циннии. Он, приняв это за шутку, вежливо улыбнулся.
— Вдруг нет никакой крысы, как мы решили в начале? Что, если Сенри, кретин неосторожный, захотел впечатлить очередную дамочку из борделя своими магическими фокусами? Та донесла до Пристанища, и, в общем, мы получили всю эту неразбериху со смертью.
Лидер наклонил голову, заинтересованно посмотрел на взлохмаченного Мавора, глядящего на него с неким трепетом. Очевидно, он долго и упорно додумывался до этой теории заговора.
— Ты приказал людям, чтобы они взяли принудительный отдых? Объяснил, что им придётся некоторое время побыть без подпитки?
Теперь Адъяр казался чуть разочарованным, но он шустро натянул на себя маску притворного равнодушия.
— Да. Скоро коридоры Циннии превратятся, — Мавор усмехнулся, — в безмолвную пустоту.
— Красиво сказано.
— Так… что? Ты поддерживаешь мою версию? Насчёт крысы.
— Мавор, ты так настойчиво пытаешься меня убедить, что я вполне могу посчитать, что именно ты работаешь с Пристанищем, — Адъяр подавился воздухом, и Лидер похлопал его по спине. — Я ещё не разобрался с ритуалом, чтобы установить тотальную слежку за всеми подчинёнными, поэтому не буду спешить с выводами. Но я жду новый инцидент — уже с непосредственным и открытым вмешательством Пристанища. Вероятно, для населения это будет подано в качестве красивой сказки, где добро победило зло. А вот я за это зацеплюсь.
— Хочешь
— Да. Он не может оставаться безнаказанным вечно. Ты встречал Цирцею?
