Сокол, сжав зубы, с презрением смотрел на безмозглого и бессердечного праведника. Он был в шаге от того, чтобы выбежать прямо так, без единой возможности выиграть, чтобы просто остановить эту несправедливость и спасти семью, не заслуживающую подобного наказания.
Праведник со свитком подошёл к главе семьи и наступил ему всем весом на полусогнутые пальцы. Мерзко хрустнули кости, некоторые продырявили мясо, распороли кожу и теперь тошнотворно торчали наружу. Мужчина, прежде старавшийся стойко держаться и не показывать свою боль, пронзительно закричал на весь лес, из-за чего ему прилетело носком обуви по лицу.
— Чтобы подобное не происходило, надо следовать простейшим правилам.
Это было последней каплей.
Сокол выбежал из своего укрытия, но его рука под управлением духа схватилась за кустик и не позволила эффектно появиться и проучить праведников. Он сильно ударил себя по запястью, но сам же за это и поплатился.
— Мы обязаны им помочь!
И семья, и служители Пристанища повернулись к Соколу. От пристального внимания он почувствовал себя сконфуженно, но уже было поздно прятаться. Его заметили.
— Эй, ты! — прокричал самый главный. — Кто ты такой?!
— Кто, Сущий тебя дери, ты такой?!
— Животное! Как ты смеешь использовать такие слова?!
— Нет, как ты смеешь обижать других людей? Вы должны их защищать, а не уродовать!
Праведник, очевидно, был не готов разбрасываться словами. Он предпочитал действовать, и потому приказал остальным взять Сокола. Трое, потеряв интерес к семье, выхватили свои мечи и угрожающе двинулись на наёмника.
— Его тоже на костёр.
Дух ослабил хватку, и Сокол наконец-то смог отстраниться от куста. Он выхватил оружие, но засомневался, что оно ему поможет.
— Сущий бы точно не хотел, чтобы людей с другими взглядами за это гоняли и убивали!
— Ты не имеешь никакого права говорить о его желаниях!
Сокол на свой страх и риск побежал на врагов. Левая рука слабо подчинялась его воле, что значительно усложняло жизнь. Он ругался на Ахерона, но без особой пользы. Тот ничего не сделает ради Сокола. Для него это было весёлое шоу, а не битва, в которой нужно выжить.
— Зато ты имеешь, кретин!
Сокол напал первым. Он задел одного праведника, но меч попал по броне. Мужчина толкнул его ногой, и Сокол был вынужден отступить. Он напал ещё раз, но другой выставил оружие и отразил удар.
— На что ты надеялся, нечестивец? Спасти эти пропащие души? В одиночку? При иных обстоятельствах мне было бы тебя жаль.
— Вместо того, чтобы болтать, ты бы мог мне подсобить, — тихо сказал духу Сокол.
Один праведник обошёл и занёс меч со своей стороны, другой — со своей. Сокол дождался, когда они нападут, и ловко увернулся. В итоге оба налетели друг на друга, а наёмник, провернув виртуозный приём, отбил оружие у третьего, вытащил кинжал из-за пояса и вонзил его человеку в висок.
Он кинулся на двух столкнувшихся, но те, к удивлению, смогли одновременно выставить свои мечи. Сокол, используя подлость, сильно ударил левого по незащищённой голени, и тот сразу вышел из игры. С правым он скрестил оружие. Праведник дрался более чем достойно, но Сокол не умел сражаться честно, потому что понимал важность выражения: на войне все средства хороши. У мужчины не было никаких шансов победить в этом бою.
Третьего, ещё не оправившегося после удара, Сокол схватил за волосы и тягуче медленно провёл лезвием по его горлу. Человек начал издавать булькающие звуки, брызнула кровь, а потом он замертво упал.
Сокол выставил меч в сторону главного праведника, который заведовал этой бредовой миссией по убийству невиновных.
— Теперь ты.
Четвёртый, оставшийся охранять семью, собирался было выйти, но пятый, видимо, принял данный вызов на свой счёт. Он вытащил из ножен своё переливающееся в лучах солнца оружие и демонстративно покрутил его в руке. Сокол закатил глаза.
— Если ты будешь драться так же умело, как и твоя команда деградантов, то у тебя нет никаких шансов.
— О, поверь. Шансов нет у тебя.
Он набросился неожиданно быстро, что немного застало врасплох. Но Сокол сумел отразить удар, однако напасть в ответ так и не получилось. Праведник орудовал мечом мастерски. Он надвигался, напирал, заставлял наёмника отступать и просто защищаться. Сокол с трудом следил за его взмахами и лишь чудом отбивался.
Сокол пропустил один удар, и лезвие прошлось по его плечу и распороло одежду. Праведник, задев его грудь, сделал рывок, отчего Сокол пошатнулся, и откинул его меч. Он приставил остриё к горлу наёмника и победоносно усмехнулся.
