Вблизи баржа производила ещё более удручающее впечатление. Кольцо мятых гондол двигателей прятало кормовую вспомогательную рубку в густую тень. Даст запрокинул голову. Интересно, какому идиоту пришла в голову светлая мысль использовать эту рухлядь?! Фельдъегерь сомневался, что она вообще взлетит.
«Королеву Миллениума» окружали такие же покойники. Ветер с заунывным свистом пролетал сквозь лабиринт ржавых скелетов, гулко хлопая пластиком оторванных переборок. Слышался монотонный грохот дробилок комбайн-утилизаторов. Настроение Даста испортилось окончательно.
Внутри баржи надсадно взвыли сервомоторы, с натужным скрежетом растаскивая створки люка. Навстречу Дасту вывалился трап.
— Заходи, сынок. Заходи, — хрипло пригласили из глубины возникшего в корпусе провала.
Даст поднялся по трапу. Его встретил грузный старик в длиннополом темно-зеленом камзоле с малиновыми отворотами на рукавах, обутый в стоптанные ботфорты. Вернее, один ботфорт. Левый. Правую ногу от колена заменяла потемневшая деревяшка. Старик опирался на грубый костыль.
— Нуль-бабахер, сынок, — объяснил он, перехватив взгляд Даста. — При случае держись от него подальше.
— Вы капитан этой лоха…
— Эта лохань зовётся боевой баржой, сынок, — перебил Даста старик, сверкнув из-под треуголки колючим глазом. — Точнее ББ тип 69. Можно просто «Баба». — Голос старика потеплел. — А меня зовут Шкипером. Понял, сынок? Шкипером. — Он ловко развернулся и, постукивая по палубе костылём и деревяшкой ноги, пошел к кабине лифта.
За спиной Даста с лязгом сомкнулись створки люка.
— Уж и не надеялся, что моя старушка опять будет в деле, — тесный лифт, дергаясь, тащил их наверх. Брюхо Шкипера упиралось в живот Даста. — Пушки, правда, давно сняли, да и гиперам капиталка не помешала бы, но это все мелочи. Верно, сынок? Когда Империя в опасности на такую ерунду внимания не обращают.
Даст болезненно скривился.
— Не нравится, что называю тебя сынком, сынок? — понимающе кивнул Шкипер. — Придется терпеть. Я своих привычек не меняю!
Кроме неизменных привычек у Шкипера был мясистый нос и дряблые вислые щеки.
— Как сейчас помню, мы с Адмиралиссимусом…
— Вы знакомы с Адмиралиссимусом? — усомнился Даст.
— Кадетский корпус вместе кончали. Он уже тогда ярым служакой себя показывал. У таких, сынок, на лбу написано: «Генералом быть!». В смысле, Адмиралиссимусом. А я вот не смог. В пираты подался.
— В пираты?!
