— Куда? — спрашиваю, не слышит, спускается, как тут равновесие сохранить. Придерживаю, чтоб не соскользнула, повторяю: — Куда дальше? Спрыгиваем или попытаемся вернуться внутрь?
— Спрыгиваем! — отвечает. — Чтобы мокрых следов не оставлять! А там… чёрт его знает, в гараж попытаться, или сразу домой бежать… Не будут же они машину неделю удерживать.
— А с чего им вообще её удерживать? — удивляюсь. Возможно, ты была права, хотя и не верится абсолютно.
— Выехать пока не может, сигнал передаёт, — отвечает. — Что там внизу?
Пытается заглянуть, земля уже недалеко, дождь будто ещё сильнее стал, одежда липнет к телу, холодит, пальцы совсем непослушные.
— Пару метров от последней перекладины. Сможешь?
— Обратно точно не полезу, — смеётся, оглядывая высоченное здание. Улыбаюсь. Невозможная госпожа.
Тамалия
Мой кошмар настигает почти у самой земли, Антер вдруг словно каменеет, наверное, стонет, не слышно из-за дождя, не знаю как быть, если сейчас полезу — могу подтолкнуть, вцепился в перекладины, медленно, почти не координируя своих действий передвигается, виснет на руках, срывается вниз, еле останавливаюсь, чтобы не кинуться сломя голову к нему, слышу вскрик. Не хватало что-нибудь сломать — заставляю себя действовать осторожно, без ненужной спешки. Повисаю на руках, спрыгиваю, земля мокрая, падаю, подползаю к Антеру.
— Чип? — спрашиваю. Кивает.
Антер
И на что ты всё время рассчитываешь? Думал только о том, как её словить, а в итоге даже не заметил, как она спустилась. Ну слава богам, хоть не испугалась, ничего не повредила. Всё равно, получается, в самый ответственный момент этот грёбаный чип всё перечёркивает.
Похоже на то воздействие через пульт, дрянь какая-то шандарахнула со всей дури, смотрю вверх, даже думать не хочу, что было бы, если бы чуть выше. Ненавижу.
— Встать можешь? — спрашивает, забирая сумочку.
— Могу, — бурчу, ещё не хватало, чтобы ты меня тащила. Встаю, похоже, связку потянул. Переживу. По сравнению с чипом и не боль даже. Смотрит взволнованно. Когда ты так на меня смотришь, хочется прижать покрепче к сердцу, и ни за что не отпускать. Сумасшедшая моя госпожа.
— Если что, мы воспользовались одним из этих выходов, — показывает на дверь с небольшой лесенкой, метрах в двух-трех над землей. Киваю.
— Как гравикар?
Достаёт из кармана пульт, удивляется:
— Выехал. Надо же. Хм. Будь готов, если они засекли твой чип, могут появиться.
Снова киваю. Всё равно в голове не укладывается.
Интересно, захочет ли охрана на мне отыграться, как обычно бывает?
Тамалия
Идём навстречу машине, кажется, Антер слегка прихрамывает.
Так и есть, наш гравикар сопровождает служба охраны музея. Хорошо, что я уже ужасно замёрзла, притворяться, что дрожу, не нужно.
— Госпожа! — бросается к нам одна из охранниц. — Мы вас везде искали! Всё нормально? Как вы вышли?
— Не знаю, — всхлипываю, — з-заблудилась… Где-то шли, шли, никого не было, спускались, у вас там прямо катакомбы! Так доооолго… — снова всхлипываю. — Пока не увидели вот такую дверь! — показываю, жестикулирую.
— Что ж вы к лифту не пошли? — качает головой.
— Я шла! Только он куда-то пропал! — сообщаю, возмущаюсь: — Кто и зачем на чип воздействовал?! Мой раб чуть меня не уронил!
— Никто не воздействовал госпожа, у нас нет таких средств, мы же не полиция. Может, он притворялся?
Ага, видела я, как он притворялся. И не примеривайся тут, как бы на него вину спихнуть.
— Дома с ним разберусь. Что у вас там случилось?
— Выясняем, госпожа. Чем мы можем вам помочь?
— Поскорее пропустить в машину! Хотите, чтобы я заболела?!
— Что вы, госпожа, — отходит с дороги. Наконец-то садимся в машину, Антеру приходится исполнить ненавистную рабскую роль, подержать дверь, милый мой, с больной-то ногой… Взлетаю повыше, поскорее набираю скорость. Включаю максимальный обогрев, руки ледяные. Вроде за нами никто не летит.
— Что с ногой? — спрашиваю.
— Всё нормально.
— Закатай штанину, тут где-то медик валялся.
Какое счастье, что в меня вбили привычку сразу же пополнять все необходимые запасы.
Антер
Зачем ей в машине медик, интересно? На Тарине аварий не бывает, всё же электроника контролирует. Закатываю непослушную липнущую штанину.
— Может, я сам… — говорю.
— Мне не сложно. А тебе не удобно, — отвечает. Приятно… В салоне уже жара, даже мокрая одежда не настолько противна. Проходим городские стены, довольно быстро летим. Даже не знаю, что и сказать…
— Почему ты уверена, что это Уилла? — спрашиваю. Пожимает плечами:
— Не уверена. Может, и правда стандартная процедура. Хотя вот это последнее воздействие на чип подозрительно.
— Но если она… то не остановится же?
— Что-нибудь придумаем. Знаешь… мне кажется, это не сама Уилла, которая сестра Главы или кто она там. Думаю, какая-нибудь исполнительница, которая прозевала прогулку аристократической дочки, и теперь пытается замести следы, не наделав при этом новых. Помешай мы Главе, от нас давно бы ничего не осталось. Надеюсь, она вообще не в курсе происходящего.
