Работа над ролью полностью

– Направо или налево, как можно ближе к авансцене. Тогда бы вы очутились лицом к дому и в профиль к нам, и если сами отойдете немного вглубь, то окажетесь к нам в три четверти поворота, – объяснил Торцов. – Надо уметь справляться и побеждать условности сцены. Они требуют, чтобы актер в главный момент роли принужден был стоять по возможности так, чтобы можно было видеть его лицо. Это условие надо однажды и навсегда принять. А если актер должен быть по возможности повернут к зрителям и этого положения изменить нельзя, то ничего не остается, как соответственно изменять положение декораций и планировки сцены.

– Вот так! – одобрил Аркадий Николаевич, когда стулья были переставлены направо от зрителей. – Помните, я говорил не раз, что каждый артист должен быть для себя самого режиссером. Вот случай, подтверждающий мои слова.

Почему же вы стоите и пялите глаза на стулья? Ведь они изображают дворец Брабанцио. Это объект, ради которого вы пришли сюда. А разве объект существует только для того, чтобы смотреть на него в упор? Объектом надо уметь заинтересоваться, связаться с ним задачей, возбудить действие. Для этого, как вам известно, следует спросить себя: что стал бы делать, если бы эти стулья были стенами дворца и если бы мы пришли сюда для того, чтобы поднять тревогу?

– Надо было бы обязательно рассмотреть все окна: не видно ли где света. Коли видно – значит, не спят. Значит, и кричи в это окно.

– Логично! – похвалил Вьюнцова Аркадий Николаевич. – А если в окне темно, что же вы тогда будете делать?

– Искать другое окно. Бросать в него камешки, шуметь, чтобы разбудить. Прислушиваться, стучать в дверь.

– Видите, сколько набралось дел и самых простых физических задач! Вот вы их и проделайте! – подзадорил Аркадий Николаевич. – Таким образом, вот логические и последовательные физические задачи партитуры ваших ролей: во-первых, войдите, оглядитесь кругом и убедитесь, что никто вас не подслушивает и не подсматривает, во-вторых, осмотрите все окна дворца: нет ли в них огня, не видно ли за ними кого-нибудь из жильцов дома. Если бы вам почудилось, что кто-то за ними стоит, то постарайтесь привлечь к себе внимание. Для этого надо не только кричать, но и двигаться, махать руками. Повторите такой же осмотр и проверку в разных местах, с разными окнами. Доведите эти действия до той жизненной простоты и естественности, которые заставят вас физически ощутить правду, физически поверить ей. Когда вы после многих проб убедитесь, что никто вас не слышит, придумайте более сильные и решительные меры. Например, наберите побольше мелких камешков и бросайте их в окна. Конечно, далеко не все попадут в цель, но если это вам удастся, зорко следите, не появится ли кто-нибудь из жильцов за окном. Ведь стоит разбудить только одного, а он уж сам подымет других на ноги. Этот маневр не удастся вам сразу, и поэтому придется его повторить перед другими окнами. Если же и на этот раз ваши старания окажутся напрасными, поищите более действенные средства.

Попробуйте усилить шум и стук в помощь крику и голосу. Для этого пускайте в ход руки – хлопайте в ладоши, стучите ногами о каменные плиты. Или подойдите к самой двери, где висит молоток вместо нашего современного звонка, и стучите им о железную дощечку, или пошевелите тяжелой ручкой, или найдите палку, камень, и бейте во что попало. Это тоже усилит шум.

Не забывайте пускать в ход глаза: смотрите через слюду окна или в замочную скважину. Пользуйтесь и ухом: приложите его к дверной скважине или окну, прислушайтесь.

Не забывайте еще одного обстоятельства, которое потребует от вас еще большей активности. Дело в том, что главным лицом во всей ночной эпопее должен стать Родриго, но он сердит на Яго, капризничает и бездействует, поэтому Говоркову необходимо убедить упрямца принять самое активное участие в задуманной провокации. Это уже не просто физическая, а элементарно-психологическая задача.

Во всех этих малых и больших задачах и действиях ищите малой или большой физической правды. Лишь только вы ее почувствуете, тотчас же сама собой создастся и малая или большая вера в подлинность ваших физических действий. А вера в нашем деле – один из лучших двигателей, возбудителей и манков для чувства и его интуитивного переживания. Поверив, вы тотчас почувствуете, что ваши задачи и действия превратились в подлинные, живые, целесообразные и продуктивные. Из таких задач и действий образуется непрерывная линия. Но главное – поверьте до конца нескольким, хотя бы самым малым, задачам и действиям.

Если же вы будете продолжать стоять рядом со стульями и пялиться на них, то это насилие неизбежно приведет вас к самой отвратительной актерской лжи.

Идите за кулисы, снова выйдите и наилучшим образом выполните намеченную линию задач и действий. Повторяйте, исправляйте их до тех пор, пока не почувствуете в этом кусочке ваших ролей зарождающуюся правду и веру.