Что-то неразборчиво пробурчав, Виктория отошла, а Элоран сталася справится с удивлением. Через мгновение погас свет и комната погрузилась в полутьму, будто не было этого нелепого нападения. Дыхание работорговки выровнялось не сразу, но она всё же уснула.
Чувствуя спиной тепло одеяла, Элоран немного расслабился, возможно, шанс сбежать еще предоставится, и не всё потеряно.
Благополучно пережив ночное покушение, утром я встала бодрой и даже весёлой. Основной причиной хорошего настроения было, конечно, то, что сегодня я избавлюсь от орочьего подарка. Даже в пылу борьбы за свою жизнь его близость действовала как-то неправильно. Связывая его вчера, я удивлённо поймала себя на странном ощущении: прикасаться к эльфу было приятно, даже после того, как он пытался меня убить.
Надо показаться психологу отдела, похоже, я сбрендила, и меня пора отстранять от агентской работы.
Пленника я оставила до конца ночи лежать связанным на полу. Ничего, несахарный, не растает. К тому же мой ковёр очень мягкий, на нём и поспать можно.
Но освободить-таки придётся. Я потрясла лежащего за плечо, и он открыл свои темно-голубые глаза. Сунув ему под нос пульт, чётко и сухо сообщила:
— Сейчас развяжу тебе ноги и сниму наручники. Можешь сходить в туалет и умыться, но если сделаешь хоть одно резкое движение... — я демонстративно прижала кнопку пальцем.
Эльф кивнул.
— Отлично, что мы поняли друг друга.
Он встал, потерев кисти рук, и сразу ушёл в ванную.
Удобный момент, чтобы переодеться. Когда эльф вышел, я уже была в своём привычном облике. Увидев мои малиновые волосы, Эл ухмыльнулся. Эх, маскировка раскрыта, а ведь всё так хорошо работало, пока я не получила этот… подарочек!
Шаттл был готов к отправке, не успев позавтракать, мстительно не взяла сухой паёк и для эльфа, решив — пусть и он помучается.
Выбрав шестерых рабов, включая Эла, я, в сопровождении охранников, работающих на меня много лет, выдвинулась в путь. Это был выработанный аналитиками отдела алгоритм, ставший уже привычным. Я покупала большую партию рабов и потом два или три раза в неделю незаметно возила их в отдел, замаскированный под агентство по найму. Планета, на которой находилось “поместье”, не состояла в Федерации, но была полностью под её контролем.
Это был перевалочный пункт, откуда рабов отправляли либо на родину, либо на другую планету Федерации, уже как свободных людей. Первым этапом в этом долгом пути было снятие ошейников. Обычно на рабов ставили стандартную дешёвую модель, и технический специалист снимал их без труда.
Но ошейник эльфа был другой, сочетающий технику и магию. И об этом надо предупредить. В здание было небольшое помещение с двухсторонним зеркалом, вставленным в стену, сделанное таким образом, что пропускало свет только в одну сторону, становясь прозрачным. С другой же стороны, была просто зеркальная поверхность.
Это позволяло наблюдать за всеми в комнате, оставаясь невидимой, и спокойно оценивать происходящее, чтобы вмешаться при необходимости.
Техник сидел за рабочим столом, выслушав меня, он кивнул и пообещал вызвать дежурного мага.
Убедившись, что всё идёт по плану, я вернулась к наблюдению, ощущая, как напряжение постепенно спадает.
Ошейники с первых пяти рабов были сняты легко и быстро, без всяких неожиданностей. Каждый из освобождённых был передан психологу, который должен был помочь в адаптации и объяснить: начинается новая свободная жизнь. Наконец, очередь дошла до эльфа.
Дежурный маг, прибывший на место, долго осматривал ошейник и пульт, листал информацию на своём планшете, звонил кому-то и делал заметки. Наконец, он позвал меня.
— Я хочу, чтобы раб слышал наш разговор, — сказала я и вошла в комнату.
Эльф замер на стуле, его глаза внимательно следили за магом и мной. Напряжённо вслушиваясь в каждое слово, он словно не верил в происходящее.
— Это очень сложная модель, — маг взглянул на меня, а затем на эльфа. — Все - таки давайте выйдем.
Я кивнула, плотно закрыв дверь в комнату, отсекая любые звуки.
Маг понизил голос до тихого шёпота.
— Я боюсь рисковать, надо вызвать руководителя нашего отдела, он эксперт в магической технике, лучший в Федерации на сегодняшний день. Такой ошейник может снять только он.
— Марку я позвоню сама,— я вздохнула. Мой старый друг сделал за эти годы блестящую карьеру, я иногда писала и звонила ему, чтобы просто поболтать.
Но эльф должен услышать всё, что он скажет.
Если сегодня не удастся снять ошейник, Эл снова вернётся в мою спальню. Жизнь превратится в кошмар. Связывать его каждую ночь? Нет, я должна добиться того, чтобы он понял: я искренне хочу дать ему свободу.
Сигнал полетел к бывшему однокурснику по рабочему каналу коммуникатора, используя специальный код, чтобы дать понять : разговор будет происходить при посторонних, которым не нужно знать лишнего.
Голографическое изображение развернулось, и ту же секунду по ушам ударил звук отдалённого боя. Марк не удержался, широко улыбнувшись.
Я кашлянула, развернула коммуникатор так ,чтобы магу было хорошо видно эльфа и официальным тоном проговорила.