Рабыня демонов в академии магии полностью

Нет, Тася знала, что многие адепты и преподаватели Академии разделяют эту точку зрения. Люди были физически слабее, плохо регенерировали, редко обладали талантами к магии и жили ничтожно короткий срок. У них не было права работать в наиболее престижных сферах и занимать высшие государственные должности. Людям и образование-то нормальное до сих пор сложно получить, несмотря на формальное равенство. Большинство сородичей Таси занимались тем же, чем их предки до Освобождения. Работали на тяжелой низкоквалифицированной работе, прислуживали богатым нелюдям, сдавали кровь за копейки. Многие были связаны контрактами, превращавшими их фактически в рабов. Словно и не было той гражданской войны пятьдесят пять лет назад.

Но вот так. «Женщина низшей расы»?

Она заморгала, пытаясь не дать волю слезам.

— Таисия, что происходит? — спросил Джейсон, пристально разглядывая девушку. — Ты действительно хочешь с ним уйти?

— Да, — ответила Тася. Шепотом, потому что боялась разреветься.

Одна Великая Мать знает, что подумал оборотень о ней и ее связи с демоном, но видеть, как разочарование на лице Джейсона сменяется презрением было больно. Тася поняла, что он уже никогда не создаст иллюзорной бабочки, чтобы та села ей на голову и запуталась в волосах. Никогда не посмотрит весело и тепло. Не предложит проводить ее до дома после лекций.

— Убедился? — голос Раума звучал все так же насмешливо и самоуверенно. Он переместил руку с бедра на попку Таси и сжал аппетитную округлость. — Пойдем, детка. Займемся чем-нибудь интересным.

— Прости, Джейсон, — она отвернулась в беспомощной попытке скрыть слезы и потянула демона к выходу.

Тася была уверена, что они отправятся в район торговых центров, где множество сияющих вывесок зазывали покупателей в магазины готового платья, но «Мантикор» Раума миновал их, не снижая скорости. Демон свернул на широкий проспект, проехал еще квартал и остановился у начала узенькой пешеходной улочки. Такой красивой, что она так и просилась на праздничную открытку. Высаженные в два ряда клены с багряно-красными листьями, кованые ограды, мощенная брусчаткой, словно столетие назад, мостовая.

И бутики. Подчеркнуто скромные вывески невозможно дорогих модных салонов. Один шарфик в любом из этих магазинов стоил больше, чем простой человек способен был заработать за год.

Раум вышел из машины, Тася осталась сидеть, и это ему не понравилось.

— Тебе нужно отдельное приглашение, детка, — протянул он, открывая дверь.

— Зачем сюда? — с тоской спросила Тася. — Может, лучше…

Она не договорила, просто беспомощно обернулась туда, где остались море огней и сотни магазинов фабричной одежды. От совсем простеньких и дешевых вроде «Трудис», в котором Тася покупала свое синее платье, до относительно дорогих, марки которых столичные модницы произносили с легким придыханием, закатывая глаза.

Как объяснить этому существу, никогда не знавшему голода и нужды, что на Тасе эксклюзивные вещи из бутиков и ателье на этой улице будут смотреться глупее, чем седло на кошке? Что она просто не умеет носить такие платья? Ее бы обрадовали новые наряды из того же «Трудис» или магазина классом повыше. А в этом она даже вдохнуть лишний раз будет бояться.

А что скажут остальные студенты, увидев замарашку в платьях, ценой в подержанное авто?!

— Какая же ты трусиха.

— Что?

— Трусиха и лгунья. Все время думаешь, что скажут другие. Боишься признаваться в собственных желаниях. Боишься носить красивые вещи. Боишься удовольствий, — он потянул ее за руку, заставляя выйти из машины, прижал к себе и с наслаждением поцеловал, нисколько не переживая из-за осуждающих взглядов прохожих.

А взгляды были. Тася чувствовала их кожей — злые, неприязненные. Невероятно красивый, ухоженный и по виду обеспеченный мужчина целовал замарашку в простом платье с грязным подолом — пятна сошли не до конца, хоть Тася и застирала их сразу после лекции.

— Пожалуйста, не надо… люди смотрят.

— Что тебе за дело до людей?

Как раз в этот момент проходившая рядом курносая девица демонстративно сплюнула в сторону Таси и прошипела: «Блудница!»

Тася дернулась в объятиях демона, но Раум держал крепко.

— Думаешь, ее возмущает, что я тебя целую? — продолжал он все так же насмешливо.

— Нет, ее возмущает, что я целую не ее. Это зависть, детка. Банальная зависть.

Людишки завистливы и лживы. Привыкай, — властно продолжал демон. — Пока ты моя, будешь ездить на машине и есть в дорогих ресторанах. И будешь одеваться красиво. Если, — тут в его глазах мелькнула насмешка, — я не захочу лишить тебя этого в наказание.

— А что я скажу в Академии? — беспомощно спросила девушка.

Демон пожал плечами:

— Скажи, что завела богатого любовника.

И больше не слушая возражений, потащил Тасю к ближайшему магазину.