Мы летели ещё с пару минут. Я, поглощённая своими мыслями, смотрела в панорамное окно. Сарес молча сидел рядом. Наконец, он решил рассказать о своём плане.
— Я сделал так, что твои анализы передали отцу Ара. Подстроить подобное было легко. Я устроился курьером во все элитные клиники Алтеи. Работа мало оплачиваемая и неблагодарная, так что текучка кадров явление закономерное. Их на планете немного — всего четыре! Схилки старомодны и не пользуются связью в таких щекотливых вопросах, как собственное здоровье. Анализы же сдаются по прибытию. Но твои Ар брать не позволил — боялся напугать. Поэтому… предположительно, их взяли незаметно, позже и отправили в клинику. А там я. И я отвез их в резиденцию семьи Ара. Кстати, дом, в котором ты жила — не что иное, как летняя резиденция твоего схилка на природе. У вас на Земле подобный дом называют дачей. Так что путаница не вызвала сомнений. А дальше все как я и предполагал — Ар со своею игрушкой бросился в бега!
— А за игрушку ответишь, — прошипела строго я, внимательно рассматривая Сареса. Ждала продолжения, конечно.
— А дальше все. Ты угнала сейр и, не справившись с управлением, вмазалась в очаровательную скалу, названную местными Фуджи. Красивое, кстати, место, твой оценит. Там солнце встаёт и птички поют, травка, кстати, тоже зеленеет.
Я выдавила из себя затравленную улыбку. Умирать, пусть и в понарошку, не хотелось, но я понимала — выхода нет. Просто Ар… он не отпустит. Стоило только вспомнить его лицо, глаза, руки и больно защипало сердце. Но у него «идеальная» невеста, счастливая долгая жизнь, а у меня — огромное желание выжить и сохранить жизнь не только свою, но и зародившуюся внутри.
— А можно вопрос? На автопилоте можно врезаться в гору?
— Программу автопилота можно изменить изнутри. Так вот это ты и сделаешь своими шаловливыми ручонками! В смысле, когда сейр взорвется, сделают запрос данных и Ару выдадут список последних манипуляций — А там будет что?
— Что? — глухо переспросила я.
— Там будут совершенно несвязанные команды. Иными словами, не суйте руки, куда не следует, и их не оторвёт.
— Картина ясна. Я такая несчастная и плохо себя контролируемая залезла в панель управления сейром и понажимала на все подряд кнопки. А тут скала с поэтическим названием. Все верно?
— А ты понятлива, — хмыкнул Сарес. — А дальше начинается самое сложное. Сейр взорвется на самом деле, а вот нас на нем быть не должно.
— Но неужели Ар поверит, ведь моих останков не найдут?
— Почему же не найдут! Очень даже найдут! Кстати, время идёт, а Фуджи приближается. И да — он поверит, когда увидит все собственными глазами.
И я, немного наклонившись вперёд, посмотрела за правый борт сейра. Вдали мелькала блестящая точка, неотступно следующая за нами.
— А вот и наш нефритовый, — подтвердил мою догадку Сарес. — Готовься, сейчас начнется представление!
Как следует обдумать происходящее мне не дали. Сарес сунул в руки крошечный резиновый комочек — скафандр и велел одевать.
— В нем тебя не будет видно. Как ящерицу. Земную… не помню…
— Хамелеон?
— Сказал же, не помню, — и натянул на лицо «забрало». Я повторила его маневр. Мою же одежду Сарес разодрал на куски и разбросал по салону. Скипетр и чашу из рюкзака засунул себе под скафандр и принялся ждать.
— Алена, как скажу — сразу прыгай. Другого шанса не будет! Поняла?
— Да, — коротко сказала я и добавила, — знаешь, Сарес, я ведь люблю его. Сама себе в этом признаваться не хотела, но… Если вдруг что-то пойдет не так… Ну, там…шею сломаю при приземлении.
— Хочешь, чтобы я ему колыбельную спел и в любви от твоего имени признался, так что ли?! — и такое искреннее возмущение на челе, что стало смешно.
— А колыбельную-то зачем?
— Не знаю, наверное, что бы спал, а не кулаками размахивал. Ну, все! Прыгаем!
Громкий окрик сменился свистом ветра в ушах. Состояние свободного полета, мгновение невесомости, и мы летим вниз, а рядом с нами на большой скорости мчится сейр. И скала… она так прекрасна в лучах полуденного солнца. Только вот капельки слез, стекающие внутри скафандра, слегка размывают картину.
Свист ветра сменяется его шелестом, сильная рука обнимает за талию, и мы несёмся вниз уже вдвоем. Но вот падение замедляется — небольшой выступ ловит нас в свои объятия. Четкое приземление! Сарес профессионал!
А где-то за спиной Фуджи принимает в объятия сейр. Громкий взрыв и машина превращается в огненный сгусток пламени.
— Ты плачешь? — тихо спрашивает Сарес.
— Чем ещё заниматься в момент самоубийства?
Аккуратное движение, и Сарес прижал меня к выступу, крепко, не давая пошевелиться. Сейр полыхал прямо по контуру — на пологом участке горы Фуджи. Красивое место, удачное для… такой сцены. А прямо к нам несся Ар, «на скаку» выпрыгивая из своей «автошки». И несся он так стремительно и быстро, что я едва заметила его размытый на фоне пожара силуэт.
— Алена! — крик бьёт по напряженным нервам. Хочется заткнуть уши и закрыть глаза, чтобы не видеть его перекошенное лицо.
— Алена! Алена, нет! Нет!!!
