Слабость Пенни поколебала мою решимость, настолько были очевидны произошедшие в ней перемены. Будь она во всеоружии, мне не хватило бы и огромного арсенала, чтобы справиться с ней, и любое проявление слабости заставило бы меня уничтожить ее. Но напротив меня стояла Пенни — пережившая моральные потери, «беззубая», но все еще задиристая. Ненависть и страх покинули меня, я отказалась от планов А и Б, которые предполагали запугивание. Мой самурай вложил меч в ножны и удалился.
—Нет, я пришла не злорадствовать и не просить. Просто поговорить. Я так понимаю, Саки ушла навсегда?
— Не упоминай при мне ее имя! Конечно, ее здесь нет. Моя самая большая ошибка за тридцать лет в том, что я доверилась ей.
— А как Хью?
— Хью?
— Хью тоже… ушел?
— О, я особенно не виню его, мужчины всегда остаются мужчинами. Он сейчас в немилости, но, думаю, рано или поздно я позволю ему вернуться. Он не сможет выжить без меня больше чем… Ну а ты что хотела?
Проскочила небольшая искра: первый признак, что пациент приходит в себя после анестезии.
— У меня есть некоторые идеи. Я работаю на небольшой фабрике и думаю, мы могли бы найти базу для успешного синергизма.
Я вся сжалась от этого делового слова и решила больше никогда не использовать его.
— Знаешь, в этом сезоне многое не ладилось, — сказала Пенни. — Даже пока Саки была здесь.
Я засомневалась, дошли ли мои слова до ее сознания.
— Но есть многое, что работает на вас. Имя, история… я, наконец, могла бы, если захотите вернуть меня. — Я и не предполагала, что скажу это, пока слова не вырвались сами. Пенни впервые взглянула мне прямо в глаза:
— Ты причинила Людо очень сильную боль, ты ведь знаешь.
— Знаю, но, возможно, проблемы могло не быть, если бы вы… если бы нам дали возможность обсудить это.
Она еле заметно улыбнулась:
— Да, я не сомневаюсь, ты кого угодно заставишь поверить тебе.
Это был критический момент. Я уже подумывала, не позвать ли самурая, который с мрачным видом устроился в углу. А потом я улыбнулась:
— Вы ведь знаете, я люблю его.
Пенни кивнула, и напряжение спало.
—Так как насчет… этой идеи о синергизме? — спросила Пенни. — Это что, одна из новых фабрик?
— Ну мы же всегда хотели расшириться, только не знали как.
И я озвучила свое предложение. Я снова могу работать ассистентом Пенни. Мы продолжим выпускать классические коллекции от «Пенни Мосс» и начнем делать еще одну коллекцию для более широкой продажи. Дизайном буду заниматься я, а пошивом — фабрика Камила. Продавать можно в магазине в Килберне. Это означало удвоение товарооборота без существенных рисков. Я уже обсуждала это с Камилом, и ему очень понравилась идея о партнерстве.
Мне показалось, что во взгляде Пенни появилась заинтересованность, но она все равно выглядела очень усталой.
— Ох, Кэти, я и не знаю. Проблема не только в Саки я Хью. Помнишь Кайпера и вопрос с арендой?
— Как я могу забыть?
—Так вот, ситуация ухудшилась. Теперь, когда я одна, он ведет себя гораздо хуже, чем раньше. Угрожает, приходит сюда, кричит, размахивает кулаками, и мне действительно кажется, что он вот-вот ударит меня. Но я боюсь не столько этого, сколько последствий возможного судебного разбирательства. Я знаю, что правда на нашей стороне, но если он предъявит денежный иск и будет утверждать, что мы ему задолжали, это доведет нас до банкротства. А сейчас, когда ни Хью и никто другой не могут мне помочь, я просто не представляю, что делать.
Передо мной медленно возник образ молотка.
— Пенни, я могу помочь с решением этой проблемы. У меня есть друг. Это его бизнес, он… помогает улаживать такие ситуации. У него есть необходимые рычаги воздействия.
— Кэти, это правда? Ты сделаешь это для меня после всего, что произошло? И действительно считаешь, что мы снова сможем работать вместе? Я боюсь, я… мы, возможно, поступили с тобой… немного нехорошо, ну ты понимаешь. Но у нас была отличная команда, правда?
— Действительно отличная команда. Послушайте, Пенни, я буду с вами абсолютно откровенна. Думаю, мой план безупречен, и мы все окажемся в выигрыше. Но я все же хочу вернуться к прежней жизни — снова работать здесь с вами.
— Это все, что ты хочешь?
Надо же, соображает!
— Думаю, вы знаете, что больше всего на свете я хочу вернуть Людо.
— Ты знаешь, что он ненадолго приезжал в Лондон? Но потом снова уехал на свой остров. Не знаю почему. Не думаю, что он очень счастлив там, на этом Маке или Малле. Мне бы очень хотелось, чтобы он был рядом. Я могу простить и забыть практически все. Думаю, ты сделала выводы?
— О да, и не один.
