Да, он хорош. Чрезмерно, даже для даэдрического принца, не говоря уж о красоте обыкновенного демона. И я похож на него, хотя бы этой отравляющей, манящей, сводящей с ума улыбкой. Господи, о чем я думаю...
- Кассандра предала тебя. Я нужен был ей для...
- Я знаю. Она отрекалась от меня трижды, а теперь отреклась от тебя. Тем не менее она еще вернется. Но ты не должен верить ни единому ее слову. Мои дети всегда разочаровывали меня. Все, кроме тебя.
- Ну и что же теперь? – я отчужденно посмотрел на его прямые мертвые волосы, тускло мерцавшие в желтом свете садовых фонарей.
- Пойдем, малыш. Я познакомлю тебя с «преступником».
/mirror of mind – Ksi/
Все произошло слишком быстро. Жилистые руки подхватили меня и бросили на пол, но, несмотря на ушиб, сознание я не потерял. Хотел схватиться за ноющую голову, но что-то помешало поднять и вытянуть руку, лицо красноволосого соблазнителя промелькнуло и пропало, а потом... разве что-то было потом? Если не считать вонючего мешка на голову, в котором лет пятьдесят плесневело кофе, да болезненного укола куда-то в пах, о Господи, надеюсь, я смогу еще иметь детей...
Если останусь в живых.
*
^
- Ну ты бы хоть оделся, – мягко заметил демон, поднимаясь под руку со мной по лестнице. Того, кому он адресовался, я не мог разглядеть, но уже сжимал кулаки. Где это подлая мразь, где, я не вижу, тут очень темно...
- Я слишком часто слышу от тебя эту фразу, порядком приелось. Не придумывал что-нибудь еще? – Мы дошли, я смотрю в провал двери: в густом полумраке комнаты прорисовался белый силуэт. – Мод?.. Кто это с тобой?
- Мое сокровище, бесценное, в единственном экземпляре, – то ли гордость, а то ли ирония... отец еще и издевается. Я почувствовал злость. – Разве твои развлечения кончились?
- Меня прервали, толком не дав раскочегариться. Так кого ты там привел? Нового парня?
- Полегче на поворотах, браток, а то снесет. Я уже шесть дней как священник новой Римско-сатанинской церкви и соблюдаю целибат, – отец неприятно рассмеялся, а потом неожиданно развернулся, сверкнув на меня холодными, безумно холодными глазами. Я чуть не отпрянул. – Малыш, у тебя большая семья. Этот невыносимый голый молодой человек, например, твой троюродный дядя... или брат. Или даже дед. Генеалогию мы потом изучим. Он бесцеремонно выбросил под колеса такси ехавшего сюда мальчика по вызову, принял облик, который возжелал Ксавьер (благо, с натурального изменить пришлось лишь цвет кожи), добился полной взаимности в вопросе близости и доверия примерно за пятнадцать минут, и буквально только что качественно отсосал у твоего возлюбленного. Да, Дэз, вытри рот, а то что-то капает, – демон хмыкнул, внимательно изучая мое омертвевшее лицо, потом вдруг потеплел и стал очень серьезным. – Ты простишь его. Кровь не восстанет против крови. Кроме того, тебе никто не запретит надрать серафиму задницу за гнусный разврат, засунуть его яйца в улей, а язык, нализавшийся до потери пульса запретными сладостями, намотать на барабан стиральной машины. После этого ты сядешь попить с ним кофе. А я сяду рядом. И ты его простишь. Он не знал...
- Чего это я не знал? – задиристо осведомился Дэз, ползая по полу в поисках одежды.
- Ну, значит, знал, – легко согласился отец и непринужденным жестом притянул меня к себе, обвив за талию. – Ангел... это шестикрылый серафим Дезерэтт. Падший серафим, правда. Так как падок был всегда на порочные удовольствия, которыми я заведую.
- Не всегда ты ими заведовал, – все так же задиристо перебил серафим, с криком радости найдя футболку. – Ты вообще мелкий еще.
- А ну-ка цыц! – зеленые глаза отца резко стемнели, гипнотизирующая мягкость уступила место чему-то... грозному. Странно бесформенному, иррациональному. И просто панически пугающему. Дезерэтт вдруг выронил футболку и послушно захлопнул рот. – Так-то лучше. Молчащим ты гораздо привлекательнее становишься.
Серафим что-то смирно пробормотал и занялся поисками штанов. Но я все еще не могу произнести ни слова, переваривая эту сумасшедшую сцену. И две фигурки, темная и светлая с ярко-красными волосами... просто никак не укладываются в голове. Отец молчит, задумчиво вздыхает, запустив длинные пальцы мне в волосы. И я с трудом в полной тишине узнаю свой сдавленный голос:
- Отец, как тебя зовут?
- Асмодей.
- И ты...
- И я наконец-то с тобой. Вымолил себе такую милость.
- Но зачем?!
- Чтобы помочь. Наш неутомимый охотник за сладкими мальчиками прекрасно был осведомлен, кто и что ты для Кси, но цинично решил, что раз он прогнал тебя, то можно воспользоваться удобным случаем. Только он изрядно перебрал сегодня алкоголя и легких наркотиков, поэтому, когда группа товарищей в плохо скроенных масках (made in China) ворвались и похитили белокурого красавца, ему хватило обычного удара по спине, чтоб отключиться.
- И ты допустил это?
- Всевышний еще и не такие зверства на самотек пускал.
- Но... почему же мы сидим?! И ты так спокойно мне все это рассказываешь!
