— Это отыры, вогульские воины, при чём тут «индейцы»? — когда мыслительный образ не находил отклика в сознании Тела, Артём посылал фонетический образ слова, то есть у Ивана появлялось понимание звучания того или иного слова. И теперь вогул мог переспросить, применив фонетический образ непонятного слова.
— Ты никогда не слышал про индейцев что ли?
— Не имею ни малейшего представления, что это.
— Америка, — послал мыслительный образ в сознание вогула Артём.
Нет отклика. Так, понятно…
— Далеко от сюда, на противоположной стороне земли находится огромный материк, Америка называется. Пока туда не добрались европейцы, там жили индейцы. Выглядят дико похоже на этих парней.
— Ну и что? А как должны выглядеть лесные воины ещё? — недоумевал Иван.
Ему было невдомёк, что странного было в привычном для мансийца виде его сородичей, уверенно ведущих его ночной дорогой вдоль реки с одной стороны и леса с другой. Артём понял, что, проведя всю жизнь в зауральской тайге, вогул мог и не слышать об этом вовсе ничего.
— Ты хоть знаешь, что Земля, на которой мы все живём, круглая?
— Не круглая она! Она — шар, — гордо заявил Иван, — я при церкви, где меня крестили, часто с русским батюшкой на эти темы беседовал. Пока я ему не надоел, мол, чересчур любознательный. Прогнал он меня.
— Понятно. Но не понятно другое! — продолжал допытываться Артём, — ты же потрясающе сильный «видящий», Иван! Как ты таких элементарных вещей не знаешь?!
— Знаешь, сдаётся мне не всё так просто в этом деле, — смутился Иван, — мне кажется, что те вещи, с которыми мы не соприкасаемся любым способом в нашей обычной физической жизни, не доступны и в тонком мире. До тех пор, пока я не узнал про этих «индейцев» сам по себе в обычном мире, то в тонком мире для меня эта дверь закрыта. Теперь, когда ты мне про это рассказал, я могу в следующую медитацию соприкоснуться с этим знанием.
— Зверски интересно! — мысленно воскликнул Артём, — так если рассуждать, то можно сделать вывод о том, что, соприкоснувшись по сути физически с моим сознанием, ты будешь в состоянии поддерживать со мной контакт и в тонком мире!
— Я думаю, это вполне возможно.
— Тогда, после того как я «уйду» из твоего тела, мы в дальнейшем сможем встретиться!
— Да, мой друг! Более того, скорее всего я даже смогу тебя видеть в твоём физическом теле и разговаривать с тобой как будто бы мы просто рядом сидим на скамейке!
— Ну это ж здорово! — чуть помолчав, воскликнул Артём, — а то я было приуныл… ты знаешь, кажется, весьма скоро я должен буду «уйти». Моё сознание вибрирует, как будто в предчувствии какого-то важного события.
— У меня тоже ощущения тревоги и беспокойства с того самого дня, как мы отправились к Архипу. Я боюсь, что скоро моё путешествие в этом мире закончится, — печально добавил вогул.
— Что ты имеешь в виду?
— Я скоро умру.
— Это исключено. Я знаю твоё будущее. Ты будешь жить, потому что как минимум два события ещё не наступили. Первое — у тебя должна родиться дочь — Прасковья, которая станет женой Алёшке — самому младшему внуку Архипа. Второе — ты должен подарить один из своих амулетов Архипу, второй — Прасковье. Пока это не произошло, ты совершенно точно жив.
— Это всё лишь домыслы твоего деда, Артём. Мы не можем быть уверенными, что это правда.
— Тогда как один из амулетов оказался в итоге у меня?!
— Ой, Артём! Это могло произойти тысячей разных способов!
— Ты хочешь сказать, что мой дед всё выдумал?!
— Конечно! Ну может быть действующие лица реальные. Ведь я и Архип реально существуем, ну а в остальном… Откуда он мог знать, что с нами происходило?
— Я думаю, от своей матери Марии Ивановны. Она — внучка Прасковьи, и могла запомнить предания о предках от родителей или от неё даже.
— Хм… Всё равно, это сомнительно.
— Ну ладно, даже если это всё неправда, зачем ты тогда согласился идти лечить хона, когда чувствуешь что-то неладное? — устал спорить Артём.
— У каждого шамана есть Путь Предназначения. Его воля и этот путь неразделимы. Цель, поставленная волею шамана, становится конечной точкой Пути Предназначения, и ничто не может заставить шамана свернуть с этого пути: ни люди, ни высшие силы природы, ни он сам.
— Ох, ничего себе! — воскликнул Артём, — Хоза Лей, у тебя белая горячка началась? Архиповская самогонка действует так вот что ли?!
Вогул помолчал. Он не понимал друга, и пытался подобрать ключ к замысловатым образам.
— А-а-а! Ты, думаешь, я пьяный что ли?
— Нет, ты не пьяный! То, что ты сейчас мне говоришь, вообще похоже на бред. Люди несут всякую чепуху, потому что она им мерещится от длительного употребления в основном крепкого алкоголя, — попытался объяснить Артём.
— Нет, Артём, это не бред. Я иду по Пути уже давно. Я лечу людей, всех, кто ко мне обратится. Это мой свободный, вольный выбор шамана, и я это буду делать, несмотря ни на что.
— Стоп! Стоппэ-э-э… — потянул мысль Артём, — ты ж мне давеча говорил, что ты не шаман. Что ты лишь возможно им станешь, лишь подумываешь, чтобы стать шаманом. Ты ведь мне так говорил? Выходит, ты меня обманывал?
— Выходит обманывал.
