– На нашем пути возникла закавыка, по воле Господа мы недосчитались одного костюма, – объяснил я. – И сказать честно, не знаем, как быть.
Дживс поставил на стол поднос с чаем и почтительно слушал, пока мы излагали ему положение дел.
– Можно мне немного погулять, сэр, и все обдумать? – спросил он, когда мы умолкли.
– Конечно, Дживс, – ответил я, пряча разочарование: я-то надеялся, что он сразу же предложит выход. – Ступайте погуляйте немного, если хотите. Вы найдете нас здесь, когда вернетесь.
Он скрылся, а мы затеяли неформальные дебаты, в которых надежда в общем-то блистала своим отсутствием. От понимания трех таких проницательных людей, как мы, не могло укрыться, что самым уязвимым в нашем положении был фактор времени. Шел уже шестой час вечера, и это полностью исключало возможность еще одной молниеносной поездки в столицу с повторным заходом в заведение братьев Коген. Как ни усердствуют эти коммерсанты в исполнении взятой ими на себя обязанности снабжать публику одеждой, все же наступает время суток, когда и они бьют отбой и закрывают ставни. Даже если нестись всю дорогу от «Бампли-Холла» с превышением скорости, все равно успеть туда физически невозможно – братья и вся армия их помощников уже разъедутся по своим жилищам, чтобы предаться отдыху с хорошей книжкой в руках.
Относительно же того, чтобы разжиться каким-либо подобием маскарадного костюма в Стипл-Бампли, это, по нашему общему мнению, было совершенно исключено. В начале рассказа я дал краткое описание названной деревни, она изобиловала домиками в белых облаках жимолости и краснощекими поселянами – но и все. Имелась там одна-единственная лавочка, напротив водоразборной колонки прошлого века, но она, снабдив вас шпагатом, розовыми леденцами, куском бекона, консервами и старым «Календарем Мура», больше ни на что не была способна.
Короче говоря, куда ни кинь, положение представлялось довольно беспросветным. Вы поймете, насколько непродуктивно мы ломали голову, если я скажу, что самым, может быть, удачным из всех выдвинутых было предложение Боко, чтобы я разделся догола, обмазался сапожной ваксой и обмотался набедренной повязкой и в таком виде отправился на маскарад, изображая вождя зулусов. Но тут отворилась дверь, и Дживс опять оказался среди нас.
Один вид этого человека, с головой девятого размера, обладал свойством в трудную минуту вырывать смотрящего из бездны отчаяния. Хоть Здравый Смысл и говорил нам, что ничего спасительного даже и от него сейчас ждать уже не приходится, мы встретили его нетерпеливыми восклицаниями.
– Ну? – сказал я.
– Ну? Ну? – сказали Боко и Нобби.
– Как успехи? – спросил я. Он величаво наклонил голову.
– Успехи есть, сэр. Я счастлив сообщить, что сумел найти для вас выход из создавшегося трудного положения.
– Вот это да! – воскликнула Нобби, потрясенная до глубины души.
– Ух ты! – воскликнул Боко, потрясенный в равной мере.
– Ну и ну! – издал возглас и я, испытывая те же чувства. – Неужели? Вот уж не думал! А ты, Боко?
– И я не думал.
– А ты, Нобби?
– Никогда!
– И тем не менее – вот. Такой уж он человек, Дживс. Где другие скребут в затылке и рвут на себе волосы, он действует. Наполеон тоже был в таком роде.
Боко затряс башкой:
– Где Наполеону до Дживса!
– Это все равно как поставить на посредственную лошадку против классического однолетка, – поддержала его Нобби.
– У Наполеона тоже были минуты удачи, – возразил я.
– Крайне скромного масштаба в сравнении с Дживсом, – не согласился Боко. – Ничего не имею против Наполеона, но не представляю себе, как бы он вышел на улицу в Стипл-Бампли в половине шестого вечера и вернулся десять минут спустя с маскарадным костюмом. Ведь именно таково ваше достижение, Дживс?
– Да, сэр.
– Ну, не знаю, как ты, Берти, а мне лично это видится, черт подери, просто чудом. Где же сам костюм, Дживс?
– Я разложил его на кровати в комнате мистера Вустера.
– Но где вы его раздобыли?
– Нашел, сэр.
– Нашли? То есть он просто на земле валялся?
– Да, сэр. На берегу реки.
Не знаю почему, может быть, потому, что мы, Вустеры, соображаем чуть-чуть быстрее других, но при этих словах меня, как дозой горькой соли, прошибло внезапное ужасное подозрение, нервы у меня онемели и кровь обратилась в лед.
– Дживс, – заплетающимся языком произнес я, – а это… этот, как вы говорите, костюм… маскарадный… он… что собой представляет?
– Костюм полицейского, сэр.
Я рухнул в кресло, словно мои нижние конечности скосили серпом. Подозрение подтвердилось.
– Позднее мне пришло в голову, сэр, что, возможно, он принадлежал мистеру Чеддеру, я видел, как он нырял и плавал неподалеку оттуда.
Я поднялся на ноги. Это было нелегко сделать, но я сумел.
– Дживс, – проговорил я, или правильнее будет сказать, пророкотал, – извольте немедленно пойти, черт возьми, и возвратить эту полицейскую форму ее владельцу, чтоб ему пусто было!
Боко и Нобби, которые на заднем плане хлопали друг дружку по спине, остановились на пол-хлопке и вытаращились на меня: Боко с таким видом, будто не верит своим ушам, а Нобби соответственно – своим.
– Возвратить? – воскликнула Нобби.
