Единственный человек, не проявивший чрезмерных эмоций по поводу моего внешнего вида, был тот самый русоволосый парень, назвавшийся Айлери, которому я вчера подарила свой кошелек. Привалившись к стволу раскидистого дерева, он увлеченно читал толстенную книгу в обществе скучающей Тарнии. Та с заметным раздражением рассматривала окружающий пейзаж, словно выискивая в ближайших кустиках неведомую опасность, скромно отошедшую туда подальше от солнечных лучей и нескромных взглядов. То, что сейчас самый разгар дня, девушку совершенно не смущало, по всей видимости, она не понаслышке знала коварный характер этих самых опасностей, готовых наброситься на подопечного в любую секунду. Сам же подопечный настолько углубился в чтение, что совершенно игнорировал все старания девушки. Поэтому именно она увидела меня первой. Невнятный возглас, вырвавшийся из ее горла, скорее напоминал последний хрип смертельно раненного бойца. Удивленный Айлери, оторвавшись от книги, пошарил вокруг глазами в поисках объекта, вызвавшего такую реакцию. Моя довольная физиономия вызвала лишь ответную улыбку, и парень, удивленно покосившись на свою соседку, вновь с головой нырнул в, видимо, весьма увлекательное чтиво. Мне даже немного обидно стало.
— Тебя привлек этот молодой человек? — я едва не подскочила от неожиданности. Я умудрилась напрочь забыть о своих "подругах".
— Не просто привлек, я им очарована, — повернувшись к провожатым, я улыбнулась, не скрывая насмешки, — Он единственный, кто совершенно нормально отреагировал на мою одежду.
В ответ девицы лишь с кислыми минами неопределенно пожали плечами.
Замысловато изгибающиеся дорожки парка были проложенным так, чтобы гуляющие могли полюбоваться, как тоненькие деревца с почти прозрачной салатной листвой внезапно сменяются кряжистыми стволами вековых деревьев, подпирающих кронами легкомысленное небо. А за следующим поворотом сухие ветви кустарника с розовой корой, похожей на обожженную на солнце кожу, чередуются с деревьями-вышками, усеянными огромными яркими цветами. Покружив таким образом, мы внезапно вышли на симпатичную полянку, в центре которой уже стоял круглый столик, сервированный к завтраку. Изящные плетеные стулья, окружавшие его, были словно специально приспособлены для длительного сидения на природе. Алекс, с комфортом разместившийся в одном из них, галантно поднялся, как только мы вынырнули из-за зеленой занавеси, образованной переплетением каких-то вьющихся растений.
— Великолепно выглядишь, — в полном восхищения взгляде, которым он меня окинул, был почти незаметный привкус иронии, относящийся скорее к постным физиономиям девиц, чем к моему откровенному желанию шокировать окружающих. — Размещайтесь, — он гостеприимно указал на стол.
Я тут же умостилась на ближайший стульчик, оказавшийся, как и предполагалось, именно тем предметом мебели, на котором приятно долго и с наслаждением протирать штаны. Мои так называемые подруги в нерешительности мялись рядом. Возможно, Алекс, правда, принц: в его присутствии эти девицы явно чувствуют себя неловко.
— Отпусти бедных девушек. Свою роль они уже выполнили — довели меня в целости и сохранности, я думаю, что без нашего присутствия они получат от завтрака большее удовольствие.
Алекс не без некоторого удивления вскинул брови, но согласно кивнул головой. Мои провожатые немедленно испарились, вслед за ними исчезли и лишние стулья. Я нервно поерзала на своем — было бы неприятно, если бы из мести они прихватили и его, а я пришла бы в себя, сидя на травке. По крайней мере, я на их месте, не упустила бы возможности пошутить подобным образом. Но, по всей видимости, эта шалость была не из числа позволенных во дворце, так что я сталась на полюбившейся мне мягкой поверхности.
— Раньше ты вела себя мягче, — вместо упрека в его голосе прозвучала нескрываемая растерянность.
— Я так сильно изменилась? — упавшим голосом спросила я. Все мои сегодняшние выходки показались глупыми и безрассудными. Где-то между ребрами шевельнулся тяжелый холодный комок страха — кажется, я здорово перегнула палку, пытаясь неизвестно что доказать окружающим, а заодно и себе.
— Да, нет, — неожиданно рассмеялся Алекс, — просто раньше ты могла усадить за стол даже Хранительниц, хотя до тебя считалось, что они вообще не едят человеческой пищи. Да и одежду ты выбирала не столь вызывающую. Где ты вообще раздобыла эти штаны? — Он скользнул взглядом по моим рукам, будто пытаясь удостовериться, что перчатки все еще "украшают" их. Длинные рукава тонкой рубахи скрывали большую часть ажурной вязи, плотно приклеившейся к моей коже, но от самого запястья спускалось уже поднадоевшее мне серебристое кружево.
— В той самой бездонной коробке, в которой хранится мой гардероб, — мальчишеская улыбка моего принца оказалась удивительно заразительной, и легкая тучка, набежавшая на мое настроение, тут же испарилась без следа. Судя по всему, он совершенно не сердится на мои утренние проказы.