Минимум 2/3 случаев касаются молодых начинающих учителей, членов Германской Коммунистической партии (ГКП) или одного из её предшественников, например, «Социалистической немецкой рабочей молодёжи», Марксистского студенческого союза Спартак, Союза Демократических Юристов, Общества демократических учёных» (Доминик Риголь, «Указ о допуске радикалов на государственную службу (Указ о радикалах), 28 января 1972»).
29 января, Мюнхен. В статье «Зайти слишком далеко», напечатанной в газете «Зюддойче цайтунг», Бёлль пытается утихомирить разбушевавшихся правых, говоря, что желает лишь большей объективности, отмечая: «Главные недостатки статьи “Шпигеля” не в том, что в ней есть, а в том, чего нет: отсутствует подробный анализ эскалации насилия, от расстрела Бенно Онезорга до покушения на убийство Руди Дучке».
Январь, Кёльн. Полицейский наблюдает за автомобилем БМВ. Зная любовь партизан к БМВ, полицейский осторожен. Нацелив пистолет на водителя, он требует документы. Водитель, Андреас Баадер, наклоняется к бардачку якобы за документами, выхватывает оттуда пистолет и стреляет. Никто не пострадал. Баадер скрывается.
2 февраля, Западный Берлин. В Британском яхт-клубе взрывается бомба. Это акция «Движения 2 июня» в поддержку Ирландской Республиканской Армии, в связи с Кровавым воскресением (не российским, а британским (30 января в североирландском городе Дерри солдаты британского парашютного полка расстреляли 13 безоружных демонстрантов)).
Бомба установлена Харальдом Зоммерфельдом. По нелепой случайности погиб 66‑летний дворник и смотритель Эрвин Белиц – он нашёл невзорвавшуюся бомбу, зажал в тисках и начал обстукивать молотком, она и взорвись.
Один из членов «Движения 2 июня» (каюсь, не выписал фамилию и позабыл) выходит из организации вследствие этой гибели случайного человека. Инга Ветт, член «Движения…» и будущий красноармеец, позднее будет вспоминать, что тоже переживала из-за этого, но пришла к выводу, что это несчастный случай.
(28‑летняя Ветт с 2‑летнего возраста воспитывалась в детдоме (не выяснил, по какой причине управление по делам молодёжи лишило её мать родительских прав). 6‑летней забрана приёмной семьёй в Шлезвиг-Гольштейне, 15‑летней изнасилована отчимом и сбегает в Гамбург, где перебивается случайными заработками, а также начинает интересоваться политикой. В 1967–1968 гг. побывала в Северной Африке и поразилась тому, в какой нищете живут люди. В 1968‑м в ФРГ арестована на левой демонстрации и провела ночь в полицейском участке. Позже Ветт напишет, что именно в ту ночь решилась взяться за оружие. Вышло как с Райндерсом, вспоминавшем: «Тюрьма окончательно стала для меня толчком к решению приступить к военным действиям».)
21 февраля, Людвигсхафен. Красноармейцы в масках экспроприируют из банка 285 000 марок.
Январь – февраль, ФРГ. Из интервью Генриха Бёлля: «Нынче, простите за выражение, каждый идиот, немного перебравший и попавший в объектив камеры, считает своим долгом упомянуть моё имя рядом с именами взрывателей. Если мы говорим о внутренней безопасности, о ней необходимо говорить. Мы должны в первую очередь говорить о безопасности людей в этой стране, включая работников умственного труда, которые должны иметь возможность размышлять, узнавать, сопоставлять. А если так будет продолжаться, то интеллектуальный ландшафт в этой стране сравняется, превратится в пустыню. Люди запуганы. Журналисты, ваши коллеги, на радиостанциях не решаются выразить иную мысль. Можно ожидать, что вся интеллигенция – куда входят и врачи, юристы, кинематографисты – вся эта прослойка опустится на уровень читателей газеты “Бильд”».
С декабря 1971 по март 1972, Италия. Ульрика Майнхоф пребывает в Италии, западногерманские спецслужбы теряют её след. Провоцируя её реакцию, ряд ежедневных газет ФРГ сообщает, что Майнхоф покончила с собой или умерла от опухоли мозга, и тайно кремирована под чужим именем. Однако в отличие от Баадера, публично и сразу опровергавшего ложные сообщения, Майнхоф не отвечает.
1 марта, Тюбиген. Полицейские расстреливают из автомата 17‑летнего Рихарда Эппла, удирающего от них в автомобиле, ошибочно приняв его за партизана. Юноша убегал, потому что у него не было прав.
2 марта, Аугсбург. Полицейские снайперы, только что прошедшие курс спецподготовки по боевой стрельбе, обстреливают молодых людей, вышедших из отеля «Талия» к своей машине – 28‑летнего Томаса Вайсбекера, связанного с РАФ и «Движением 2 июня», друга погибшего Георга фон Рауха, и Кармен Кроль. Их отслеживали уже месяц. Кроль арестована, Вайсбекер убит выстрелом в сердце. Согласно заявлению полиции, она действовала в порядке самообороны, ибо Вайсбекер попытался вытащить оружие. Однако выясняется, что он полез в карман за удостоверением личности.
Мать Вайсбекера подаёт заявление об умышленном убийстве её сына. 28 августа его отклонят, судебное дело не возбудят.
