«Распылители» подъезжают на полицейских машинах к демонстрантам, выскакивают и «поливают» толпу ядовитым газом. Жалобы властям безрезультатны, как и протесты врачей, заявляющих, что они беспомощны, не могут помочь пострадавшим – полиция не сообщает им химического состава газа.
13 января, Штутгарт. После месяца предварительных слушаний начинается процесс над руководством Фракции Красной Армии.
13–14 января, Штутгарт. Ответчики признаются в партизанской деятельности и берут на себя всю «политическую ответственность». Свою деятельность объявляют оправданной как контратаку против империализма, в частности, ведения Вьетнамской войны.
16 января, Бонн. Уголовный кодекс ужесточен. Параграфы 88а и 130а предусматривают тюремный срок до 3 лет за распространение и хранение записей, «поддерживающих насилие».
21 января, ФРГ. Выходит на свободу Вольфганг Губер, основатель Социалистического коллектива пациентов. Он лишён права на врачебную деятельность. (Впрочем, он создаст новую организацию, существующую и поныне, «Фронт пациентов/Социалистический коллектив пациентов», ФП/СКП.)
Конец января, Штутгарт. Дирк Хофф, сделавший бомбы для РАФ в 1972‑м по просьбе Хольгера Майнса, даёт показания, арестованный после показаний ряда рафовцев. Говорит, что работал на партизан, поскольку Майнс и Распе его запугали, угрожали оружием. Однако признаёт, что получал от них деньги. На суде предстаёт одним из главных свидетелей обвинения, наряду с Герхардом Мюллером. После краткого заключения Хофф будет отпущен.
Январь, ФРГ. Федеральный конституционный суд лишает подсудимых права оспаривать своё задержание на законных основаниях. Судьи категорически отрицают, что данный процесс – политический, однако многие депутаты допускают это.
Март, Дюссельдорф. Начинается суд над членами «Социалистического коллектива пациентов» и красноармейцами, арестованными при штурме стокгольмского посольства.
Февраль-апрель, Штутгарт. Суд доказывает причастность РАФ ко взрывам штаба армии США в Гейдельберге и полицейских офисов Аугсбурга и Мюнхена.
«Мёртвые коридоры», куда Майнхоф попала первой, сказываются на состоянии узницы. Бессвязная речь сменяется беспричинным истерическим смехом, или она многими днями молчит, не причёсываясь, не умываясь, ни на что не реагируя. Адвокаты подозревают, что Майнхоф дают психотропные вещества.
Эксперты оглашают определение терроризма, данное министром внутренних дел: «Основная цель терроризма – убить побольше людей. Очевидно, террористы желают вселить в сердца людей всего мира ужас и страх». Баадер отвечает: «Я бы сказал, это очень точное определение политики Израиля относительно палестинского освободительного движения, это очень точное определение политики США во Вьетнаме… И именно немой ужас пытается вселить в сердца людей прокуратура ФРГ, строя в тюрьмах новые мёртвые коридоры». Майнхоф добавляет: «Терроризм – это разрушение таких объектов, как дамбы, каналы, больницы, электростанции. С 1965 года США систематически бомбили в северном Вьетнаме именно такие объекты. Терроризм действует среди всеобщего страха. Городская герилья, ведущаяся нами, напротив, устрашает только государственную машину» (т. е. Майнхоф, как и Баадер, обвиняет капитализм в терроризме, используя именно официальное определение терроризма).
Ответы партизан цитируются на собраниях, в клубах, молодёжных кафе. Дело в том, что согласно определению государственного терроризма, сами же США – государство террористическое, вкупе со своими сателлитами ФРГ и Израилем. Штаммхаймский процесс начинает напоминать нацистский суд над Георгием Димитровым, из подсудимого превратившегося в обвинителя. Димитровым выступает Майнхоф, на роли Тойво Антикайнена и Никоса Белоянниса годятся Баадер и Энслин.
Итак, по принципу Бланки, процитированному курсивом в «Концепции»: «…
На большинство слушаний ответчики не приходят, поскольку судьи откровенно пренебрегают нормами суда.
Ирмгард Мёллер приговорена к 4,5 лет тюрьмы, Герхард Мюллер к 10 годам. За пособничество обвинению его отпустят через 6,5 лет, тюрьмы обычной, не строгого режима (впрочем, там он подвергнется остракизму со стороны заключённых). В дальнейшем включат в программу защиты свидетелей и снабдят новыми документами. Он отбудет в США. Счастья там не обретёт – но об этом ниже.
