9 мая, Кёльн. Перестрелка на городской площади члена «Движения 2 июня» Вернера Зойберта Заубера («Заумберли») с полицией. Погибают Заубер и офицер полиции.
Заубер приехал в Кёльн для организации сопротивления на заводах. Работал под документами на имя Клёппера Гумбольдта Дайца.
21 мая, Штутгарт. Слушания по делу командиров Фракции Красной Армии – Майнхоф, Баадера, Энслин и Распе – начинаются в недавно построенном зале суда тюрьмы Штаммхайм. Сооружение здания специально для процесса по делу красноармейцев стоило 12 млн марок. Тюрьма окружена несколькими рядами колючей проволоки, крыша тюрьмы покрыта металлическими зубьями, чтобы не приземлился вертолёт, над крышей натянуты стальные сети против бомбёжки. На входе хитрый металлический датчик. Воздушное пространство над тюрьмой постоянно контролируется вертолётами. Количество полицейских, охраняющих здание, возрастает с 400 до 500.
Согласно военным, Штаммхайм может выдержать штурм авиадесантного полка, подкреплённый артиллерией. «Это уже паранойя!», восклицает по этому поводу Александр Тарасов. Кроме ещё одного восклицательного знака, к его словам добавить нечего.
Судебный зал с 8‑метровыми бетонными стенами лишён окон, только узкие световые люки. Позже Штефан Ауст, бывший сотрудником Майнхоф в «Конкрете», в книге «Комплекс Баадера-Майнхоф» назовёт его «мемориалом жизни». У дверей полицейские с автоматами.
На суде появляются адвокаты – Отто Шили, Марилуиз Веккер, Рупперт фон Плотниц и Хельмут Ридель. Андреас Баадер ещё без адвоката – Круассан, Штрёбеле и Грюневальд отстранены от дела.
Каждый раз при входе адвокатов и журналистов тщательно обыскивают. Отбирают ручки, взамен выдавая карандаши. Отбирают кошельки. Сержанты полиции вводят подсудимых в зал в наручниках.
Председатель судейской коллегии – Теодор Принцинг.
Конец мая, Штутгарт. Ряд судей признаёт условия содержания подсудимых «чрезвычайными» и опасными для здоровья, требуя для них нескольких месяцев отдыха и содержания совместно с другими заключёнными. В ответ Принцинг запрещает чтение и публикацию судебных отчётов и исключение подсудимых из судебного разбирательства из-за неспособности самостоятельно давать показания. ВКА отклоняет жалобу на неё, бездоказательно заявляя, что подсудимые причастны к похищению Петера Лоренца 27 февраля и захвату заложников в Стокгольме 25 апреля, что именно они спланировали всё это в тюрьме.
5 июня, Штутгарт. 2‑й день слушаний открывает Андреас Баадер, всё ещё без адвоката. Он требует, чтобы камеры не прослушивали. Его называют параноиком, говорят, что камеры никто не прослушивает. (Через 2 года власти признают факты прослушивания. Вероятно, все записи тогда же были уничтожены – их так и не обнаружили.)
10 июня, Штутгарт. 3‑й день слушаний. Баадер до сих пор без адвоката. После резких замечаний в адрес Верховного судьи Принцинга обвиняемые выведены из зала.
11 июня, Штутгарт. Адвокатом Баадера становится Ганс Хейнц Хельдман. Он просит прервать суд на 10 дней, дабы ознакомиться с делом. Просьба отклонена. Более того, ему не переданы документы обвинения.
15 июня, Штутгарт. 5‑й день слушаний. Адвокаты заявляют, что подзащитные не могут давать показания из-за голодовки. Тюремный врач отрицает это.
23 июня, Штутгарт. Адвокаты Круассан и Штрёбеле арестованы как симпатизанты РАФ. Этим всем адвокатам ФРГ даётся понять – красноармейцев можно защищать только «для галочки».
30 июля, Штутгарт. 21‑й день слушаний. Майнхоф заявляет, что это политический процесс, лишённый объективного подхода к делу.
30–31 июля, ФРГ. «Движение 2 июня» изготавливает 120 000 фальшивых проездных билетов стоимостью в 360 000 марок, выводит из строя автоматы для проездных билетов и раздаёт собственные билеты. Экспроприирует 100 000 марок из 2 банков. Служащим и посетителям банков выдаются шоколадные конфеты.
19 августа, Штутгарт. 26‑й день слушаний. Ульрика Майнхоф, Гудрун Энслин, Андреас Баадер и Ян-Карл Распе официально обвинены в 4 убийствах, 54 покушениях на убийство и создании преступной организации.
Подсудимые требуют перерыва в судебном разбирательстве, пока их не осмотрят врачи, которым они доверяют. Им отказывают. Баадер в ответ называет Принцинга «фашистской свиньёй». Его уводят. Майнхоф, Энслин и Распе по очереди повторяют реплику Баадера и также поочерёдно выводятся из зала.
Середина лета, Западный Берлин. Члены «Движения 2 июня» похищают тысячи билетов на метро и раздают горожанам. Совершают 2 налёта на банки, раздавая шоколадки посетителям и служащим банков.
