– Боюсь, что это так, – согласился Актеон. – Лейтенант, расчет безопасного курса к планете превышает мои возможности. Не зря на такие корабли назначают пилотов-людей.
Паркер. Ну, его больше нет.
– Дай мне совет, Актеон.
– Я бы предложил в данный момент подумать о том, чтобы отклониться от нашего нынешнего курса.
Петрова скрипнула зубами.
– Это не выход! Если мы сейчас отступим, то никогда не спустимся на планету. Вместе мы сможем найти выход.
– Конечно, лейтенант. Жду вашего приказа.
– Плут! Чжан! Приготовиться к торможению, – крикнула она по общекорабельной связи и повернула «Алфея» в сторону от Рая-1, уходя с траектории встречного транспортника.
– Актеон! – позвала она. – Мы избежим их?
– Транспортник все еще на курсе столкновения, продолжает ускоряться, – сообщил искусственный интеллект.
Петрова выругалась и потыкала пальцем в виртуальную клавиатуру справа от себя. Делать это одной рукой было нелепо, даже с учетом всех возможностей, которые робот создал для нее.
– Плут, можешь дать мне еще немного энергии? Через секунду мне понадобится совершить несколько диких маневров.
– Ты собралась убить всех на борту и разорвать «Алфея» пополам? – спросил робот.
– Нет.
– В любом случае я посмотрю, что можно сделать.
Она покачала головой и уставилась на обзорный экран. Они отклонились от Рая-1, но он определенно стал больше.
– Транспортник в двадцати секундах до столкновения, – предупредил ее Актеон.
– Понятно. Что еще?
Актеон подключил новый экран. Она отмахнулась – он только отвлекал.
– Приближается второй транспортник, идущий по схожему курсу. Мелкий корабль ускорился, чтобы соответствовать нашему курсу. Полагаю, это какое-то разведывательное судно. Кроме того, между нами и планетой на орбите находится грузовой корабль. Однако он движется довольно медленно, и я не могу понять его план атаки.
– Просто следи за ним. Этот второй транспортник…
– Сорок девять секунд до столкновения. Прежде чем вы спросите, корабль-разведчик не находится на курсе столкновения, но он приблизится к нам на расстояние одного километра через девяносто две секунды.
Петрова нахмурилась. Корабли-разведчики, как правило, не несут особого вооружения… если только…
– Разведчик – какая у него аппаратура?
– Широкий спектр средств обнаружения и слежения, включая мощный дальнобойный спектроскопический лазер.
Проклятье. Они собирались использовать ее собственный трюк. Она не сомневалась, что этот лазер можно превратить в мощное оружие, по крайней мере на коротких дистанциях. Однако сейчас ей нужно беспокоиться о транспортниках. Василиск превратил корабли с экипажем в управляемые ракеты, и две из них направлялись прямо на нее.
Она ткнула пальцем в экран перед собой, на котором в реальном времени отображалось местоположение всех кораблей, пытаясь найти такой маршрут между ними, чтобы ни с одним не столкнуться. Проблема в том, что при каждом курсе, какой бы она ни заложила, транспортники могли просто изменить свои траектории. У нее было чуть больше возможностей для маневра, у них – преимущество в численности и в том, что их ничуть не волновало, выживут ли они после столкновения.
– Должен быть способ, Актеон. Если мы просто направимся к планете на полной мощности – если мы рискнем столкнуться с этим грузовым судном…
Она снова и снова тыкала пальцем в дисплей, провела пальцем по полудюжине предложенных курсов. Было похоже на игру в шахматы, только все фигуры двигались одновременно и нужно предугадать, где окажутся пешки в каждый возможный момент.
– Актеон, дай мне что-нибудь – что угодно…
По дисплею пронеслась пунктирная белая линия – гипотетическая траектория. В ней было что-то странное, какой-то изгиб, не имеющий смысла, разве что… Она потянулась к нему, но не успела дотронуться, как кривая линия исчезла с экрана.
– Что это, черт возьми, было? Верни траекторию.
– Боюсь, я не понимаю, – сказал Актеон. – Я не знаю, какую траекторию вы имеете в виду.
– Заткнись. Забудь, что я сказала. Сколько осталось до столкновения с первым транспортником?
– Тринадцать секунд.
Господи, у нее нет времени, нужно что-то делать. Она попыталась вспомнить, как эта исчезнувшая кривая прошла сквозь строй кораблей.
– Актеон…
– Девять секунд.
– Слушай, просто слушай. Плут, мне нужно, чтобы ты тоже подключился. Когда я скажу «цель», мне нужно, чтобы ты направил всю энергию – все, что сможешь собрать, – на наши передние маневровые двигатели. Понял?
– Надеюсь, тебе понравился сэндвич, который ты съела на обед, – отозвался Плут. – Если ты проделаешь такой трюк, то увидишь его снова.
– Да, либо так, либо погибнуть в огненном взрыве, – ответила она.
– Три секунды, – совершенно спокойно сообщил Актеон.
«Две, – мысленно отсчитала она. – Одна».
– Цель! – крикнула она.
Атакующий транспортник понесся на них сквозь пространство. Через обзорный экран Петровой хватило доли секунды, чтобы разглядеть – невероятно большой и очень близкий.
Ей показалось, что она видит бледный огонь, струящийся из его двигателей, но это, скорее всего, было лишь разыгравшееся воображение.
