Но потом – крошечное свечение. Маленькое голубое пламя, вычертившее контур ткани, которая почернела, пока он смотрел. Глаза Чжана расширились.
Он осмотрелся и…
– Я вижу вас. Петрова, я вас вижу!
Она рассмеялась и бросилась вперед, здоровой рукой приобняла его за шею.
– Я тоже. Я тоже!
Петрова держала факел подальше от себя. Свет был настолько ярким, что глазам стало больно. Она часто заморгала от нахлынувших воспоминаний. Ей пришлось поэкспериментировать, найти положение, при котором свет не бил по глазам.
Ее больная рука покачивалась вдоль бока. Она засунула ее в карман. Было очень больно, но боль поможет ей сосредоточиться. Она на это надеялась.
– Открывайте, – велела она. Чжан бросился нажимать на кнопку открытия люка, и Петрова выскочила в коридор.
Она тщательно его осмотрела, опасаясь увидеть целую армию членов экипажа «Пасифаи» и Астериона. Сильнее всего ее беспокоил факел. Он давал много дыма. Хуже того, с него падали кусочки обугленной ткани, которые исчезали в небытие на полу. Свет, который давал факел, был неярким и неровным. При каждом движении он мерцал, словно мог погаснуть. Факел и так давал мало света – едва хватало, чтобы видеть, куда они идут. А что будет, когда факел погаснет? Что они тогда будут делать?
Она не могла остановиться, чтобы подумать об этом. Времени было очень мало, а сделать нужно многое. Она увидела нарисованные на полу линии, ведущие в разных направлениях.
– Оранжевая линия ведет к мостику, верно? – рассуждал Чжан у нее за спиной. – Кажется, фиолетовая ведет на инженерную палубу? Я пытаюсь вспомнить.
Петрова поискала оранжевую линию.
– Сюда, – сказала она и рванула вперед.
Чжан поспешил за ней.
– Это путь к ангару? – спросил он. – Я думал, нам нужна зеленая линия. Не могу вспомнить. Я просто не уверен… но… вы ведь знаете, какая нам нужна?
– Я знаю, куда идти. – Она посмотрела на оранжевую линию между своими ногами. Через каждые несколько метров была стрелка, показывающая, что она на правильном пути.
Затем она подняла глаза и увидела надпись на стене.
Краска в свете факела выглядела старой, выцветшей.
«НЕТ СВЕТА – ХОРОШИЙ СВЕТ».
Она не стала задерживаться. Нужно добраться до места назначения до того, как погаснет факел. Если они снова погрузятся во тьму…
– Это путь к мостику, – проговорил Чжан.
Она остановилась на секунду. Не поворачиваясь к нему, сказала «да».
– Вы не хотите покидать корабль. Но что тогда? Захватить его?
– Если смогу, – ответила она. – Возможно, вы думали, что мы собираемся…
– В следующий раз, когда будете принимать решение, – сказал Чжан, – поставьте меня в известность. – И прошел мимо нее. По оранжевой линии. Направляясь к мостику.
Она подумала о том, чтобы остановиться. Рассказать, почему она приняла такое решение. Не ради людей на «Пасифае», не потому, что хотела победить василиска, – что это даст, если она каким-то образом победит его здесь, на одном корабле из ста?
Она хотела взять корабль под контроль, потому что… потому что ее мать…
– Мы покончим с этим так или иначе, – произнес он. – Вместе, несмотря ни на что. Можете на меня рассчитывать.
Она быстро моргнула, пытаясь сообразить, что сказать.
– Хорошо.
Они прошли через широкую галерею с магазинами, закрытыми с тех пор, как корабль покинул Солнечную систему. Направились по боковому проходу, усеянному люками. Казалось, корабль тянется вечно, как лабиринт без конца и края, и они никогда не доберутся до мостика. Они прошли через люк, пламя факела затрепетало, и она на секунду подумала, что огонь собирается погаснуть.
И тут она услышала, как ее окликнули сквозь темные коридоры:
– Сашенька.
Она прикусила губу и постаралась не обращать внимания. Нужно идти вперед. Она понятия не имела, как далеко они находятся от мостика, но уж точно ближе, чем когда только зажгли факел. Вот бы им удалось пробраться внутрь, запечатать люк…
– Сашенька, куда ты идешь? Чего ты добиваешься?
Голос Екатерины доносился из динамиков, вмонтированных в потолок. Он эхом отдавался вокруг, отражался от каждого люка, звучал в каждом боковом коридоре.
Петрова подняла взгляд к потолку.
– Отпусти меня, мама. Позволь мне сделать то, что я должна сделать.
– У меня есть долг, Сашенька. Долг перед людьми на этом корабле. Неужели ты забыла, что происходит с теми, кто зажигает свет?
Если бы она только могла добраться до мостика…
– Ты моя дочь, и я люблю тебя, – сказала Екатерина.
Впереди них коридор наполнился голубым светом. Он приближался.
– Но я решила возглавить этот народ. И мы все должны пойти на жертвы.
Аватар был почти рядом. Петрова попыталась проскочить через люк в другой коридор. Это означало потерять оранжевую линию, прямой путь к мостику. Но это лучше, чем идти прямо на…
– Петрова! – воскликнул Чжан. – Берегись!
Гигантская когтистая рука пронеслась по воздуху, целясь ей прямо в голову. Петрова задыхалась, уворачиваясь от нее, и бежала вперед, пытаясь оторваться.
– Факел, – крикнул Чжан. – Ему нужен только факел!
Без света она никогда не найдет дорогу. Она не могла от него отказаться.
Аватар замерцал. Исчез. И вдруг снова оказался прямо перед ней.
