Куча опавших листьев – груда мертвых Плутов. Должно быть, их там сотни. Изображение увеличилось, и она увидела бесчисленные руки, головы с перевернутыми лицами. Клинки и когти, похожие на мечи и топоры, выточенные из зеленого пластика.
Вдруг один из них зашевелился. Робот размером не больше человеческого ребенка переполз через кучу, перебирая многочисленными конечностями. На его спине сидела голубовато-белая человеческая фигура.
– Паркер! – воскликнула Петрова. Это был Паркер, появившийся из проектора, встроенного в спину Плута. – Что он здесь делает?
– Чертовски хорошая работа, они уничтожили мой корабль, – сказала Екатерина. – Поднялись на борт, пока ты была в отключке. Я некоторое время сдерживала его, используя аватары, чтобы отбиться. А ты все испортила. Они ушли.
– Что? Кто?
– Аватары Астериона. Все. Просто отключились. Сам Астерион исчез – возможно, навсегда. Я вообще не могу с ним связаться. Проклятье, девочка. Ты даже представить себе не можешь, что ты разрушила.
Паркер. Она должна добраться до него. Но она не может оставить Чжана. Петрова подбежала к креслу, где он сидел, связанный и с кляпом во рту. Глаза Чжана смотрели прямо перед собой. Осторожно, как только могла, она развязала путы и позвала:
– Чжан? Вы меня слышите?
Она похлопала его по щекам, осторожно, затем сильнее.
Он моргнул. Затем его глаза закрылись.
ИМС обвился вокруг его запястья, предплечья. Она увидела, что золотистые змейки прокусили его руку в нескольких местах. Должно быть, браслет пытается разбудить его, вывести из транса. Петрова приложила два пальца к его горлу и почувствовала, как быстро бьется его сердце.
ИМС снова ввел ему лекарство, и вскоре пульс замедлился. Чжан открыл глаза и посмотрел на нее, и ей удалось вынуть кляп у него изо рта. Чжан дрожал, и казалось, что у него совсем не осталось сил.
– Ты хоть понимаешь, – сказала Екатерина, стоя у нее за спиной, – что ты на себя взвалила? Что оно с тобой сделает?
Петрова застыла. На мгновение.
– Нет, – ответила она, не оборачиваясь, и сосредоточилась на Чжане. На том, чтобы вытащить его из кресла. Все его мышцы свело судорогой, он казался хрупким – если она не будет осторожна, то может разбить его на мелкие осколки. – Я только знаю, что оно больше не твое.
Чжан оттолкнул ее руку и поднялся на ноги. Ему пришлось опереться на подлокотник кресла, и он был очень бледен. ИМС снова впился в его запястье, и Петрова задумалась, насколько безопасно продолжать пичкать его разными лекарствами, но решила, что ИМС знает, что делает.
– Вы в порядке? – прошептала она.
– Думаю, я в шоке. От того, что мне заново пришлось пережить все это. – Он слабо пожал плечами. – Я могу идти.
Она кивнула и поднырнула под его руку, подставляя плечо. Бросила последний взгляд на мать, намереваясь найти Паркера и решить, что делать дальше.
Она не удивилась тому, что увидела, хотя потребовалось время, чтобы осознать.
В руке Екатерины был стандартный пистолет Службы надзора.
Петрова опустила руку на бедро, но кобура, разумеется, была пуста. Мать забрала у нее оружие.
– Ты держишь меня за дуру, Сашенька? – спросила Екатерина и указала пистолетом в сторону люка. – Иди. Можешь и дружка с собой взять. Нам нужно кое-что сделать.
– Иди прямо, – велела Екатерина из-за плеча Петровой, – пока я не скажу, где повернуть.
– Я не вижу, куда иду, – пожаловалась Петрова. Света с мостика не хватало, чтобы осветить коридор целиком.
– Ради бога, ребенок. Что за бесполезное существо. – В одной руке Екатерина держала пистолет. В другой – какой-то шар размером с голову младенца. Она щелкнула выключателем на боку, и он засветился так ярко, что смотреть на него было невыносимо. Какой-то ручной фонарь, подумала Петрова. Самое яркое, что она видела с тех пор, как покинула «Алфея». Глазам сделалось больно.
– Я храню их по всему кораблю, – сказала Екатерина. – Неужели ты могла подумать, что я всю жизнь буду сидеть в темноте, как все дураки на этом корабле?
Они втроем направились по коридору. Медленно, потому что Петровой приходилось поддерживать Чжана. Она размышляла, как ей выпутаться из ситуации. Можно подраться с матерью, полагала она. Хотя глупо кидаться на кого-то с оружием, когда у тебя только одна здоровая рука. Можно отвлечь внимание, заставить мать хоть на мгновение посмотреть в другую сторону…
Екатерина Петрова. Женщина, написавшая правила работы Службы надзора. Петрова не сомневалась, что ее попытка напасть на мать закончится тем, что ее застрелят и она истечет кровью на палубе.
Может быть, ей удастся образумить мать?
– «Пасифаю» атакуют. Не лучший момент, чтобы куда-то идти.
– Единственно возможный. Астерион отключился в тот момент, когда василиск переместился в твою голову, – объяснила Екатерина. – Единственный шанс отбить атаку твоих друзей – вернуть аватары. Логично, да? У меня нет выбора и нет времени на разговоры. Сюда. Шлюз. Открой люк.
– И что потом?
