Фредди тоже отпивает из своего бокала шампанского, с удовольствием отмечая его довольно неплохой вкус.
— А как по мне, отличная идея, мне нравится, — усмехается он и бросает на Роджера быстрый взгляд, проверяя, не принял ли тот его шутку всерьез. После того, как он узнал маленькую пошлую тайну Роджера, думать ни о чем другом не хочется, но Фредди заставляет себя, потому что было бы невежливо исчезнуть со свадьбы, даже не сказав поздравления.
— Ещё бы. Тащите свои задницы к нашей импровизированной сцене, — на ходу бросает Оззи, врезаясь в столик с угощениями и опрокидывая всё на пол.
— Первый пошёл, — смеётся кто-то из толпы, Оззи в ответ только шутливо отвешивает поклон и хватает с другого столика ещё один стакан с янтарной жидкостью, на вид похожей на виски.
Миниатюрные роботы-уборщики, кряхтя как старые телеги, быстро справляются с мусором, разъезжаясь по углам и путаясь под ногами. Роджер переступает через одного из них, когда машина хочет сцапать его ботинок, и удивляется отсутствию в этом доме более менее современной техники для уборки, а также понимает, что до сих пор не видел тут даже намека на ИИ. Неужели МакКартни и Леннон совсем ушли от цивилизации, и как такое вообще возможно?
— Ты видишь где-нибудь Дэвида? — спрашивает Фред, вырывая Роджера из его наблюдений, прежде чем они присоединяются к шумной толпе музыкантов.
Мика и Дэвида нигде нет, и Фредди отчего-то не может заставить себя перестать периодически вспоминать об этом. Боже, неужели он и правда превращается в мамочку?
Роджер фыркает и закатывает глаза.
— Фредди, они взрослые мальчики, дай им поговорить. Меня вот больше интересует, куда опять подевались Брайан и Дики? Тебе не кажется, что они ведут себя странно?
— Милый, Джон всегда ведёт себя странно, это его обыденная манера поведения, — отвечает Фред, посматривая по сторонам в поисках Боуи.
— Но не Брайан, — подозрительно прищурившись, отвечает Роджер.
Фредди усмехается и качает головой.
— Выключи Шерлока, дорогуша, вон они идут, — Фредди машет рукой гитаристам, и те, ловко пробираясь сквозь толпу, подходят ближе.
Роджер подозрительно осматривает друзей с ног до головы, принюхивается и смешно морщит нос. По Дики, конечно, никогда не скажешь, насколько он пьян, но вот Брайан — ему достаточно несколько банок пива, чтобы в каре-зелёных глазах заплясали хмельные огоньки. Роджер слишком хорошо знает эту длинноногую швабру, чтобы не заметить, что тот успел знатно набраться за эти жалкие полчаса, и очевидно, это не шампанское. Роджеру становится даже несколько не по себе: с каких это пор Брайан на вечеринке напивается быстрее, чем он?
— Вы где это лазили? — подозрительно прищурившись, спрашивает Роджер.
— Гуляли, — отвечает Бри, и на лице у него играет довольная пьяная улыбка.
Роджер хмурится пуще прежнего, и по лицу видно, что он готовит допрос с пристрастием, но Фредди не даёт его планам осуществиться, он подталкивает Роджера прямо к столпившимся кучкой музыкантам и незаметно шлёпает его по заднице, обдавая ухо горячим дыханием.
— Прекрати их донимать, сами расскажут, если захотят.
У Роджера по всему телу проходит электрический разряд, и колени дрожат как у школьницы от этого шёпота, он проклинает свои узкие брюки и старается переключить внимание на что-то другое, ведь в ближайшее время им не светит уединение.
— Что? Думаешь, им есть что рассказать? — шепчет он, получается, правда, довольно громко, куда громче, чем он хотел.
Пейдж, стоящий почти впритык, хитро улыбается и заговорщически шепчет:
— Что рассказать?
Фредди закатывает глаза и устало вздыхает.
— Рассказать, как мы музыкально изнасилуем одну из лучших песен Beatles, — отвечает он, на что гитарист только смеётся и суёт ему в руку стакан виски, Фредди, не задумываясь, выпивает его одним большим глотком.
Он ещё раз осматривается по сторонам, замечая, что Дэвида и Мика всё ещё нет. Остальные участники Rolling Stones на месте, и, судя по бегающему в разные стороны взгляду Кита, он тоже кое-кого потерял. Фредди хочет подойти, но не успевает, так как Оззи машет руками и заводит свою пафосную речь, в которой трогательные поздравления смешиваются с матерными словами. Все смеются, выкрикивая что-то от себя, а растрогавшиеся Пол и Джон стоят со счастливыми улыбками на лицах, крепко переплетая пальцы. Джордж берёт в руки обычную полуакустику — судя по всему, никто тут так и не принял новомодные инструменты, — и наигрывает первые аккорды.
Фредди смешно и тепло на сердце: то, что они делают, тяжело назвать пением, хотя на деле тут собрались лучшие вокалисты двадцатого века, но сейчас все довольно пьяны, и спеть красиво — это не то, что стоит в приоритете. Фредди убил бы за такое пение, но Роджер рядом сияет словно солнце на безоблачном небе, он широко улыбается и пытается заглушить других своим прекрасным фальцетом, всё ещё не выпуская руки Фреда из своей цепкой хватки. Он смешно щурится и толкает его плечом, возвращая в реальность: Фред настолько залип на своей прекрасной Лиззи, что забыл все слова песни.