— Иди сюда, дорогуша, я хочу тебя обнять, — заявляет Фредди, его растрогали эти слова, он присаживается между ребятами и обнимает Брайана, потом Джона. Роджер смеется, когда видит эту картину: трое его друзей застыли на диване, обнявшись, и на лицах у них такое неверие и счастье в то же время, что невозможно не улыбаться.
Заказ приходит быстро, и Фиона, не спрашивая, по привычке печатает его прямо на столик, на который Бри и Дики расположили свои нижние конечности. Те едва успевают убрать ноги до того, как блюдо будет полностью сформировано.
— Я, наверное, никогда не привыкну к этому, — буркает Джон.
Празднование начинается довольно скромно, они пьют и закусывают, разговаривают о всяком, и Фредди едва может сдержать свой порыв, чтобы не рассказать о Ленноне и о своих подозрениях насчет корпорации. Сейчас не время для таких разговоров, да и Джон с Бри не курят, так что не стоит их вмешивать в это дело, поэтому он молчит и тайком поглядывает на свою просторную кофту с не менее просторными карманами, в которых таится заветная пачка. Он хочет раскурить сигарету с Роджером — вот кто будет рад по-настоящему. Роджер за время, пока они болтают, успевает залезть к нему в волосы и расплести все косички, вконец излохматив прическу, но Фредди только рад почувствовать его руки на себе в самом невинном смысле этого слова.
Празднование постепенно перетекает в откровенную пьянку, местный алкоголь довольно легкий и действует не сразу, Фредди в одиночку выпивает три бутылки чего-то, что отдаленно похоже на шампанское, прежде чем в теле появляется легкость, а в голове — блаженная пустота. Роджер с Джоном вовсю хлещут белое вино неизвестной марки, неизвестно из чего модифицированное, а Брайан ограничивается пивом, он самый трезвый из них четверых, вернее, совершенно трезвый, потому как в процессе выясняется, что пиво безалкогольное, впрочем, трезвый Брайан — это константа, не меняющаяся с годами.
Роджер закидывает свои ноги Фредди на колени и блаженно потягивается, едва не роняя на пол полупустую бутылку вина.
— Я даже не думал, что людей будет настолько много, — воодушевлённо говорит Дики, его язык немного заплетается, а на голове полнейший бардак.
— Мы легенды, Дики, и эти люди без ума от нас, — пафосно проговаривает Роджер, а после отпивает прямо из бутылки, разливая половину на себя.
На нём тонкая футболка, и вино быстро впитывается, расползаясь мокрым пятном по его груди, отчего Фредди становится жарко. Роджер, распластанный на диване, лохматый, с горящими глазами, румянцем на щеках — просто эталон похоти, у Фредди тянет внизу живота, когда Роджер, не осознавая своих действий, двигает ногами, устраиваясь поудобней.
— Роджер, придурок, испортишь диван, — шикает Фредди, чтобы хоть как-то скрыть своё возбуждение и горящее лицо, он чувствует, что покраснел, но надеется, что все спишут это на алкоголь.
— Я говорил тебе постелить сюда что-нибудь, так что теперь не жалуйся, — фыркает Роджер и заливисто смеётся в ответ на хмурый взгляд Фреда.
— Вы как супруги, ей богу, — усмехается Брайан, наслаждаясь видом своих пьяных друзей.
— Каждое утро задаю себе вопрос, что такого я натворил, чтобы получить себе в супруги это чудовище, — воодушевлённо отвечает Фредди, на что Брайан и Джон весело смеются.
— Неблагодарная скотина, не подходи ко мне больше, — смешно надув губы, фыркает Роджер и пихает Фредди ногами, но тот прекрасно видит, что глаза Роджера смеются. Он хватает его брыкающуюся ногу под коленкой и начинает щекотать.
Роджер заливисто смеётся и всеми силами пытается вырваться, но только валится на пол, прямо в ноги к Фреду, бутылка из-под вина разливается прямо на ковёр.
— Кажется, тут уже начались брачные игрища, — усмехается Джон, пытаясь сфокусировать взгляд на Брайане.
Брайан счастлив за своих друзей, если честно, он не помнит, когда Роджер в последний раз был таким весёлым. Кажется, он не улыбался так искренне и не был так по-детски счастлив с того самого дня, как узнал о том, что Фредди болен, поэтому то, что он видит сейчас, заставляет его тоже радостно улыбаться.
— Да уж, нам, наверное, пора, — говорит Брайан и встаёт с кресла. На улице уже глубокая ночь.
— Ну, нет, куда вы собрались, время детское, — хнычет Роджер, всё ещё валяющийся в ногах Фреда.
— Три часа ночи, а мы все устали, так что продолжим завтра, — отвечает Брайан и помогает пьяному Дики подняться на ноги. Тот почти сразу повисает на нём, словно мешок с картошкой.
— Сказал человек, который целый вечер цедил пару бутылок безалкогольного пива, — фыркает Фредди.
— Должен же хоть кто-то быть адекватен, — усмехается Брайан, Дики, кажется, уже спит, повиснув на его плече.
— Ой, вали уже, как я вообще тебя терплю, самый нудный человек в мире, — ворчливо отзывается Роджер и кидает в Мэя подушкой, к слову сказать, абсолютно мимо, что ещё раз говорит о том, как он пьян.
Брайан улыбается, бросая напоследок взгляд в сторону Фредди и Роджера и, с трудом утаскивая Джона за собой, уходит из квартиры, оставляя её хозяев наедине.