Он сбросил ногу и расстегнул еще одну пуговицу. Затем снял рубашку, на плече еще виднелся рубец, и, перекинув через плечо, заявил:
– Приму душ, с твоего разрешения, а завтрак я заказал в ресторане напротив. К десяти утра.
Бросившись к шкафу, хозяйка вспыхнула:
– Я не успею собраться!
– Я не сказал? – голос донесся с порога спальни. – Я привык завтракать один.
На том и ушел.
Два последующих дня были подобны аду. Алексей остановился у себя в квартире, заезжая по вечерам с пакетом продуктов и учтивым вопросом – «как прошел день». Он больше не хамил, но и интереса никакого не проявлял. Был холоден, сдержан, словно незнакомец. Несчастью невесты не было границ. Неужели страсть утихла? Так быстро? Как можно подставляться под пули, а через месяц даже не смотреть в ее сторону? Она даже не знала, что думать. Лучше не думать, – решила она, но слова Нины – «не тот человек, бесчувственная глыба льда» с упрямой настойчивостью влезали в гудящую голову. Больше не было ни спокойствия, ни твердой уверенности в светлом будущем. Если раньше в душе теплилась надежда, то сейчас зияла дыра.
В домофон позвонили. Женя посмотрела на часы – рано для Алексея. Да и пакеты с продуктами так и остались стоять на столе, не распакованные. К черту! Пускай все сгниет, стухнет, превратиться в прах! Не хочет жениться – скатертью дорожка! Вытерев слезы, хозяйка приготовилась высказать все, что накипело, но с песнями-плясками на лестничную площадку поднялась странная парочка – парень с дредами и девушка с розовыми волосами.
– Что?..
– Сюрприз! – бросился обниматься Захар, всовывая подарок – плюшевого зайца, ростом с человека.
– Поздравляем счастливую невесту! Та-рам!
Света подула в свистелку и захлопала в ладоши. Захар сразу понял, что у Жени глаза на мокром месте, но решил, что канун свадьбы должен пройти весело и задорно. Ввалившись в квартиру, парочка рассоединилась. Захар был отправлен на кухню, нарезать, чистить, сервировать. Света же взялась на невесту. Для начала халат сменился на красивое платье с глубоким кружевным вырезом, аквамаринового цвета. Следом волосы улеглись в замысловатую прическу, появился легкий, но выразительный макияж.
– Готово! – заключила кудесница и развернула Женю к зеркалу. – Ну, че? Я завидую твоему жениху! Нет, реал!
Прикусив губу, Захар поддакнул. Женя издала только тяжелый вздох и уселась на стол. «Не здоровится», – пояснила она. Троица принялась за овощной салат и сразу же закашлялась – от переизбытка соли глаза полезли на лоб. Первой отошла розоволосая нимфа:
– Зато как проняло, да? Я прямо чувствую, как силы прибавилось! А у тебя, Зак?
Зак, он же Захар, ударяя кулаком по груди, закивал болванчиком. Не то слово! Силы богатырские – принесите еще соли! Но общего оптимизма Женя не разделяла. Уронив вилку, она хотела наругаться на горе-повара, как неожиданно рассмеялась. Что послужило причиной, она так и не поняла, но как же легко ей стало. Просто смех! Чистая энергия принятия. Духовная близость с создателем.
Достав из тарелки целый комок соли, хозяйка перекинула его в тарелку Захара. Тот нашелся и отдал лакомый кусочек своей паре. От возмущения Света засунула соль любимому за шиворот и заржала как кобыла. Так началась битва. Еда летала над столом, под столом, в розовых волосах поселилась пекинская капуста, а в дредах застряла вилка. Троица так разошлась, что не заметила появление тени в коридоре.
– Добрый вечер.
Как школьники весельчаки расселись по местам, глядя на высокую угрюмую фигуру.
– Что вы, продолжайте. Я уже ухожу…
– Нет! – вскрикнула хозяйка и поправила лиф платья.
– Нет?..
– Мне нужно… – слова не шли. – Там в туалете что-то течет.
– Вызвать мастера?
Захар промямлил:
– Мы звонили – все мастера уже пьют чай дома. Пятница вечер…
Скинув ботинки, Алексей поставил очередной пакет на стол и направился прямиком в ванную. Следом вбежала запыхавшаяся блондинка.
– Вон там… текло. Ты видишь?
– Нет.
– Текло, я сама видела.
Он поднялся с коленок и щелкнул ей по носу:
– А теперь – не течет.
И улыбнувшись, дернул ручку. Женя быстро прокрутила замок и выпалила:
– Нам нужно… диалог! Вот.
– Уже закрываешься?..
Значит, заметил. Она кивнула, испытывая необъяснимый страх. А если он скажет, что не хочет жениться? Обязан, но не хочет? Что делать с такой правдой?
– Говори. Я слушаю.
Она суматошно искала слова. Никто не смеет ее судить. Главное не то, как часто ты падаешь, а как быстро встаешь на ноги. Тяжело вздохнув, гость поправил съехавшую бретельку платья, и на миг показалось, что…
– Ау?.. Ты спишь на ходу?..
– Ты хочешь на мне жениться? Нет, если ты ответишь…Но учти! Я жду честности!
Еще чуть-чуть и она бы разрыдалась – так велико было напряжение.
– Хочу.
– Хочешь? Но…
– У тебя гости, я не буду вам мешать, – он открыл замок, неотрывно глядя ей в глаза.
– Ты… ты можешь остаться…
– Много дел.
– Каких?
– Таких. Есть дела мужские – они кое-кого не касаются. У тебя в волосах, – он вынул кусочек огурца и съел его. – Мм, кто-то влюбился.
– Кто?..
– Когда пересолено, так говорят.
