Он перевел взгляд на полураскрытые губы и отпустил ручку. Она так смотрела, так ждала, что он прикоснется в пылком поцелуе! Немыслимо было устоять.
– Я пойду.
– И я пойду.
– Куда?..
– Туда, где мужские дела. В моем понимании, – она специально плечом приспустила бретельку, – там, где мужские дела, обязательно есть продажные женщины. Э… Ты не поправишь?
– Я?..
Она невинно захлопала глазками. Он выполнил просьбу, затем поверх платья накинул халат и туго завязал на узел.
– Я не пользуюсь услугами проституток.
– Значит, ты останешься?..
Тяжелый взгляд опустился на узел халата, который он сжимал до треска.
– Пожалуйста. Я же не прошу Луну с неба.
Поморщившись и отпустив пояс халата, Алексей выдохнул:
– Хорошо, я останусь. А эти двое?..
– Они уже ушли.
Она вышла из ванной и указала на пустые диваны. Гости любезно составили посуду в раковину и соскребли остатки пищи с ковра. В углу застыл мохнатый заяц, как дозорный неотрывно наблюдая за доверенной территорией.
– Ты будешь есть? Налить выпить?..
Чтобы скрыть волнение, девушка стала расставлять стаканы. Ей было жарко. Он останется. Согласился. Или сжалился? Все равно! Маленькие шажки ведут к большой победе. Нужно выключить дурных советчиков, в том числе и гордыню, и идти к намеченной цели.
Закончив с мытьем, она разложила содержимое пакетов по холодильным ящикам, часть пришлось незаметно выбросить в урну. Дурацкий халат! Из-за него платье прилипло как вторая кожа. Смахнув пот со лба, хозяйка прошла в гостиную, где с бокалом восседал будущий муж.
– Ты хотела, чтобы я остался. Я остался, – ястребиный взор пронзил тонкую фигурку. – И что мы будем делать?..
– А что ты предлагаешь?..
Он задумчиво покрутил бокал и оценивающе прошелся глазами от макушки до пят. Как два факела вспыхнули щеки. Под халатом сошло сто потов. Похлопывающий жест пригласил присесть рядом. Сделав пару шагов, Женя споткнулась и, ударив себя по лбу, рассмеялась. Все же хорошо! Алексей сказал, что хочет на ней жениться, страхи только в ее голове. Возможно, он не хочет торопить события? Или боится повредить ребенку? Мало ли что у человека на сердце!
– И? Ты просил меня присесть – я присела.
– Думаю, мы хотим одного и того же.
Он выждал паузу и достал яркую картонную коробку.
– Я расскажу тебе правила. Это и дети поймут.
– Ты предлагаешь мне… поиграть?
– А ты хочешь заняться чем-то другим?..
– Да, – она скинула, наконец, халат и добавила. – Я думала, мы будем лепить котлеты.
Слегка улыбнувшись, гость стал раскладывать игровые принадлежности.
– Но раз игра, как она называется?
– «Парчис».
– «Парчис», значит, «Парчис».
За игрой пролетели два часа – солнце давно покинуло горизонт, вверяя ночи темный, глубокий небосвод. Пара и не заметила, как много шуток было сказано, как непринужденно и беззлобно велась между ними беседа, пока не нужно было решать глобальные вопросы. Алексей много рассказывал и про саму игру и про традиции перуанцев, Евгении тоже было чем поделиться. Так они и болтали без умолку, пока партия не закончилась.
– Спать?
– Спать, – неуверенно пролепетала блондинка, вставая.
– Кстати, – вместе с коробкой закрылась и счастливая глава, – помнишь Батю?
– Батю?..
– Бандита. Батю.
– А. Да. И что?
– Он умер.
Алексей козырнул и направился в спальню.
– Ты идешь?
Не в силах ответить, хозяйка развернулась и побежала в ванную. Включив кран на полый напор, она стала лихорадочно смывать с лица макияж. Умер. По ее вине. Такой грех на душу!
Раздался стук в дверь.
– Открой. Что ты там делаешь?..
– Режу вены!
За дверью смолкло, но в следующий миг петли с треском слетели, дверь ввалилась на стиральную машину. С полок как дождь разлетелись баночки, кисточки, флакончики. Рассыпался стиральный порошок. Женя застыла с недомытым лицом, как кукла, неудачно разрисованная детишками.
– Что… что ты творишь?!
Без слов Алексей подошел и заставил показать руки. Она фыркнула и вырвалась. От любви до ненависти оставался один шаг. И она боялась его сделать. Лучше промолчать. Сдержать эмоции, не усугублять ситуацию. В смерти Бати нет вины Алексея. Но зачем он так жесток?!
– Спокойной ночи.
Она ничего не ответила, а продолжила умываться. Внутри горел огонь. Хотелось кого-то убить. Все, чего боялась, сбывалось. Вдруг и малыш не родится? И тогда не будет повода для женитьбы.
– Леша, я…
Выйдя из ванны, Евгения огляделась и сразу поняла – спать сегодня придется одной.
Часы показывали без десяти минут час, а жениха видно не было. Скромный круг гостей – Зинаида Павловна с Дарьей, да Захар со Светой, мялись в сторонке как неприкаянные, бросая сочувственные взгляды на невесту.
– Он не придет, – заключила Женя, отворачиваясь от окна. – Наверное, к лучшему.
– Ой, ты моя девочка!
– Идет! – крикнула Дарья и захлопала в ладоши.
Света поддержала громкие аплодисменты, но под мрачными взглядами окружающих веселье мигом улетучилось. В холл зашел жених – надо отдать должное, одет он был в костюм, а не в пижаму, как боялась невеста. Отряхнув ботинки от грязи, он с высоты собственной значимости оглядел всех присутствующих и, скинув пальто, куда-то удалился.
