— Речь идет о таких больших деньгах, что я обязан знать не только, где они вспухнут, но и куда они уйдут. Дело в том, что власть берет нас за жопу не тогда, когда деньги взяты, а в момент, когда мы начали их плавить в наши радости… Поэтому я хочу понять, зачем тебе большие деньги и что ты можешь поставить за них…
— Это зависит от того, насколько они велики, эти большие деньги, — прищурился Хэнк.
— Миллионы. Много миллионов симпатичных североамериканских гринбаксиков… И все — кэшем…
— Это подходит, — уверенно согласился Хэнк. — За них я могу не очень много поставить… Но мне пока нужное… Свою жизнь…
— Ты не ответил, зачем тебе такие бабки, — напомнил Монька.
Хэнк не раздумывал ни секунды:
— Я выполню обет. — Чуть помедлил, будто раздумывал, стоит ли делиться. — Я создам независимый фонд помощи военным инвалидам и ветеранам. Таким, как я сам…
Монька с недоверием глянул на Хэнка, пожал плечами — каждый пусть сходит с ума по своему усмотрению.
— Наркота или оружие? — спросил Хэнк.
— Дурь.
— «Мальчик» или «девочка»?
— Синтетик.
— Объем поставки?
— Неограниченный.
— Моя задача?
— Распространение в Штатах и Канаде… Я получаю товар из России и перебрасываю его через океан. Дальше действуешь ты. Ты понимаешь, почему я выбрал именно тебя?
— Пока нет…
— Ты — боец. И ты не вмазан в уголовные структуры Штатов. Нам нужна новая, абсолютно закрытая и автономная сеть. Три существующих системы сбыта не подходят. Мы не можем договориться ни с латиносами, ни с какими колумбийскими картелями. Они торгуют естественной наркотой, а мы синтетиком. Это другая цена, другой рынок, другие объемы — мы с ними самые острые конкуренты. И второй путь — партнерство с итальянцами — тоже не годится. «Коза ностра» разрушена и насквозь проедена стукачами, они за грош друг друга сдают…
— А третий путь? Русские?
— Русская братва в Штатах — нам не компания. Их ФБР держит под прицелом всех. Как что-нибудь всерьез залепят — курок нажмут сразу. Всех за ночь поберут. Поэтому нужны не просто другие люди, нужна другая система…
Монька замолк, мгновение подумал и нейтральным тоном добавил:
— Что-нибудь вроде твоих инвалидов и ветеранов…
Хэнк быстро взглянул на него — лицо Моньки было невозмутимо благодушно, и Хэнк с отвращением подумал, что этот мерзкий «каик», этот жид расколол его в одно касание.
— Подумай, по силам ли тебе такая игра… Не торопись, все взвесь… Время есть. Дело это очень серьезное, за ним стоят большие крупняки… Надеюсь, что ты не будешь разочарован…
— Я никогда не бываю разочарован, потому что я никому не верю, — желчно сказал Хэнк. — Как мы рассчитываемся?
— По-честному, — добродушно улыбнулся Монька. — Хозяева товара перед отправкой называют мне минимальную цену. Они в курсе всех этих дел. Я перебрасываю товар к тебе. Через три месяца ты возвращаешь мне деньги — две трети названной суммы в кэше…
— Какая приблизительно цена первой поставки?
— Пока я затрудняюсь тебе сказать точно, — почесал в затылке Монька. — Ну, думаю, миллиончиков на сто потянет…
Хэнк подумал, что никогда еще он не был так близок к цели своей жизни — Великому Отмщению. Сглотнул ком в глотке и равнодушно сказал:
— Согласен. Я сделаю это…
— Ну и прекрасно! — хлопнул Монька в ладошки, короткопалые, ловкие, быстрые. — Значит, будешь держать связь и работать с моим советником. Васенко. Он умный и хорошо подготовленный парень…
— Да, я видел его, — сказал Хэнк, засунул в карман свои солдатские сигареты и исцарапанный «Зиппо». — Он, по-моему, из спецслужб?
— Наверное, — прикинулся Монька. — И что?
— Я не буду с ним работать. Я работать буду только с тобой. Лично.
— А почему?
Хэнк встал, положил легонько руку на плечо Моньке и вежливо сообщил:
— Император Аврелиан сказал — тот кто не пощадил родину, не останется верен и мне…
