– Можно посидеть с вами, если не помешаю? Я все равно не закрою ресторан, пока вы здесь, – сказал он и добавил, сев напротив Анук: – Я тут прочел хвалебную статью про «Кольвер», и это уже третья по счету. В нашем регионе много говорят о вашем ресторане, но вы так молоды, что трудно представить вас в роли шеф-повара.
– Да она была им уже в тринадцать лет, – шутливо объявил Лоренцо.
– Ну, значит, в вашей семье целых два прирожденных лидера! И небось, оба одинаково упрямые?
– Не упрямые, а упорные, – с улыбкой возразила Анук.
– Упертые, – поправил ее Лоренцо.
И они с сестрой понимающе переглянулись. Эти двое были сделаны из одного теста и всегда чувствовали себя союзниками.
– Да, совсем забыл! – воскликнул Адриен. – Твоя подружка Сесиль предложила мне готовить побольше горячих блюд, хотя, на мой взгляд, это не слишком хорошая идея.
– Хорошая или плохая, но Сесиль не имеет права давать тебе советы! Здесь распоряжаешься ты, и больше никто, так что поступай, как сам считаешь нужным.
– Три блюда на выбор, – сказала Анук, прочитав названия на большой черной доске с меню. – Что у вас там? Я вижу мясо, рыбу и вегетарианское блюдо, с яйцом или без: тут и добавить нечего, вполне достаточно.
Она заметила, как недовольно поморщился Лоренцо: ему явно не нравилась любая инициатива, исходившая от Сесиль. Слова о том, что он ищет «не копию, а саму Жюли», ясно доказывали, что он по-прежнему любит ее и все другие женщины не в счет. Интересно: как же Сесиль терпит это нескрываемое равнодушие?
Адриен, очень довольный отзывом Анук, пошел на кухню за десертом.
– Лоренцо, – вполголоса сказала она, – ты должен помягче обращаться с Сесиль. Вспомни то, что я тебе недавно сказала: мы с тобой кончим…
– …старыми холостяками, я помню!
Он воспринял это как хорошую шутку, и Анук тоже улыбнулась.
– У меня-то, по крайней мере, останется Джаспер.
– Вернее, его потомки.
Адриен принес им мороженое и сказал:
– Слушай, Лоренцо, мне нужен твой совет… Теперь, когда Жюли разошлась с Марком, как ты думаешь, не попытать ли мне счастья и приударить за ней? Потому что очень скоро у нас выстроится целая очередь ее обожателей! Стажеры, конечно, все уже влюблены, но они перед ней робеют, зато ветеринары… Эти ведь что думают: если у нее был Марк, то чем они хуже, даром что он руководитель, а они рядовые работники! Судя по всему, она у всех пользуется большим успехом! Словом, мне кажется, я тоже могу рассчитывать на удачу. Мы с Жюли иногда переглядываемся, и, по-моему, она смотрит на меня вполне благосклонно.
– Да оставьте вы все ее в покое! – взорвался Лоренцо. – Она имеет право хоть немного передохнуть, не слушать ваши слащавые комплименты и не видеть ваши игривые взгляды!
Вспышка гнева выдала его с головой. Адриен смотрел на него, разинув рот.
– Н-ну… Да… конечно. Я просто так сболтнул. Потому что… В общем, согласен, я был неправ.
Он с минуту глядел на Лоренцо, потом спросил с виноватой улыбкой:
– Если вы закончили, я уберу со стола?
– Давай, а мы тебе поможем, – буркнул Лоренцо; он уже сожалел о своей вспышке.
– Нет-нет, отдыхайте; вы оба, наверно, устали. Особенно ты.
Анук поблагодарила Адриена за гостеприимство и, взяв брата под руку, вывела его из ресторана. Оказавшись на аллее, она укоризненно сказала ему:
– Ты принимаешь это слишком близко к сердцу. Адриен прав, тебе необходимо отдохнуть. Где ты ночуешь – здесь, в парке?
– Да. А ты поезжай ко мне. Ключ от дома под циновкой у входной двери. Завтра, когда будешь уезжать, оставь его там же. Что касается Джаспера, я закажу для него вакцину и сделаю следующую прививку через три недели – будет хороший предлог для встречи. Не забудь оставлять ему достаточно холодной воды.
Он проводил сестру до парковки, помог ей устроить щенка в дорожной сумке-переноске. Затем пожелал доброй ночи и обнял ее на прощанье чуть крепче обычного.
– Береги себя, Анук!
Он всегда опекал младших сестренок и брата, никогда не ревновал к ним и ни в чем не упрекал мать, считая Ксавье единственным виновником несправедливых выговоров и наказаний, омрачавших его детство и отрочество. Сегодня он уже забыл и думать о том времени, наслаждаясь жизнью, которую сам для себя построил.
Проходя мимо дома стажеров, стоявшего у входа в парк, Лоренцо заметил, что ни в одном окне нет света, включая и то, за которым должна была спать Жюли. Он послал ей в темноте воздушный поцелуй и, пожав плечами в насмешку над самим собой, свернул к зданию администрации.
В следующую субботу – день, когда ожидался большой приток посетителей, – Сесиль приехала в парк с утра пораньше, намереваясь провести выходные в обществе Лоренцо. Она чувствовала, что иногда он всего лишь терпит ее присутствие, но твердо решила изменить эту ситуацию и любой ценой занять подобающее место рядом с ним.
