Мощный ракетно-пушечный «Панцирь-С1» являлся своеобразным центром противовоздушной обороны в этом районе. Его, как говорят военные, «подпирали» зенитно-ракетные комплексы «Оса» и скорострельные зенитные пушки ЗУ-23-2 на грузовиках «Урал». Имелись еще и переносные зенитные ракетные комплексы. В целом получилась неплохо продуманная система объектовой ПВО.
Макс прошел по извилистому ходу сообщения и взобрался по лесенке в кабину боевого управления «Панциря». Плоская фазированная антенна кругового обзора была поднята, но не вращалась – комплекс находился в дежурном режиме.
– Как обстановка, Игорь?
– Нормально, – отвлекся от тактических экранов и с хрустом потянулся в кресле. – Заступаешь?
– Да, иди отдыхай.
– Сашка где?
– В кабине дрыхнет.
– Скажи ему, чтобы дров для буржуйки натаскал.
– Ага, – зевнул лейтенант Сычев. За время дежурства он заметно устал.
Командир комплекса, как более опытный, заступал на боевую вахту с утра, после бессонной ночи в кабине управления внимание заметно притупляется. А после за пультом его сменял Максим. Зенитные расчеты могли немного отдохнуть только днем, к вечеру и на протяжении всей ночи боевое дежурство вели полным составом. К тому же зенитный комплекс и землянку связывала простая и надежная система сигнализации. Так что по боевой тревоге командир или оператор мог практически мгновенно прибыть на свой боевой пост.
Командир зенитного расчета пошел отдыхать в землянку, а Максим провел контроль функционирования аппаратуры, как того требовала инструкция, и внес свои данные в электронный журнал боевого дежурства.
С помощью многоспектрального электронно-оптического визира лейтенант периодически осматривал местность, но ничего подозрительного не наблюдалось. Максим откровенно скучал, погода с утра не задалась: ледяной порывистый ветер гнал по небу рваные свинцовые облака, которые время от времени лепили снежными зарядами.
Сигнал боевой тревоги раздался уже под вечер, когда уже немного распогодилось. Из вышестоящего штаба сообщили, что в небе замечена скоростная цель. Ракета?! Макс тут же вызвал командира расчета.
Игорь примчался почти мгновенно, Максим скороговоркой доложил ему обстановку.
– Подать высокое на потребители, боевая тревога! Сашка, заводи машину. Оповестить боевые расчеты дежурных зенитных средств.
– Есть, командир.
– Высокое напряжение подано на потребители, включена РЛС кругового обзора, – доложил Макс. – Комплекс к бою готов.
Над «Панцирем-С1» завертелась плоская фазированная антенна. На огневом модуле поднялись блоки зенитных ракет и спаренные стволы скорострельных пушек.
На экране локатора вспыхнула изумрудным значком метка. Бортовой компьютер тут же выдал ее параметры движения, азимут и вектор сближения.
– Есть цель! Одиночная, скоростная, идет курсом на нас. Удаление 60 километров, высота – 200 метров. На запросы «свой – чужой» не отвечает, – привычной скороговоркой доложил Максим. – Предполагаю, бомбардировщик противника.
– Подтверждаю. С приходом в зону поражения цель – уничтожить! – приказал лейтенант Сычев.
В тот же момент ситуация на экране локатора кардинально изменилась: высветились еще две метки целей, а первая выпустила ракеты. Макс тут же доложил, но командир и сам все видел. Положение для них стало критическим – смерть приближалась к зенитному комплексу со сверхзвуковой скоростью!
Многоцелевые фронтовые бомбардировщики Су-24М ВВС Украины поднялись в воздух с аэродрома подскока в Харьковской области. Лететь в район Дебальцева им было всего ничего. Пара самолетов сразу же ушла на предельно малую – всего в полсотни метров – высоту, держась как можно плотнее, чтобы отраженный от них импульс радиолокатора воспринимал пару Су-24М как одну отметку.
А еще один такой же реактивный бомбардировщик оставался на двухстах метрах, отвлекая внимание. Он нес на подвеске две противорадиолокационные ракеты Х-58. Пара бомбардировщиков Су-24М, летящих на сверхмалой высоте, вооружена двумя ракетами Х-29Л с лазерным наведением на каждой машине. Целью атаки являлась теплоэлектростанция на территории ДНР. Поражение такого важного энергетического объекта стало бы серьезной победой украинских войск и отвлекло бы внимание от «Дебальцевского котла» ВСУ.
Сам удар по электростанции в ДНР планировали «западные партнеры» из НАТО. С их точки зрения, подобная операция вполне укладывалась в рамки концепции «войны с Россией до последнего украинца». Фронтовой бомбардировщик Су-24М – машина сложная и капризная, чего стоит только крыло с изменяемой геометрией. С трудом во всей единственной на Украине 7‑й бомбардировочной авиабригаде из Староконстантинова удалось найти всего шестерых самых отчаянных или же самых отчаявшихся для этого вылета: троих пилотов и столько же штурманов. Кроме наград и званий украинское командование, как обычно, щедро посулило им благодарность чуть ли не от самого президента Петра Порошенко[8], солидную премию и квартиры в Киеве. Только после этого они согласились на эту миссию для самоубийц.
