На экране локатора «Панциря» Макс в полуавтоматическом режиме сопровождения вел эти малоразмерные метки, запущенные с украинских Су-24М. Их ракеты класса «воздух – поверхность» оказались значительно медленнее тех, что перехватили ранее, – «всего» 650–700 м/с вместо 1000, потому и радиолокационная система наведения «Панциря» надежно держала цели. Но их все же было четыре.
– Азимут – 280, удаление – 10 километров.
Огневой модуль с блоками пусковых контейнеров мгновенно развернулся на указанный угол. Над ним все так же вращалась плоская фазированная антенна кругового обзора. Другая неподвижная плоская антенна впереди модуля являлась прицельной РЛС и наводила ракеты.
«Панцирь-С1» отличался тем, что весь рабочий цикл от обнаружения и захвата цели и до пуска зенитной управляемой ракеты составлял всего 4–6 секунд, а интервал между пусками – всего полторы секунды. Непревзойденный мировой рекорд русского сетецентрического оружия!
– Пуск!
– Есть пуск!
Сразу четыре зенитные управляемые ракеты комплекса «Панцирь-С1», обгоняя звук, понеслись на перехват. Ночное небо озарилось яркими вспышками, высоко под облаками прокатился протяжный грохот. Пылающие обломки ракет прожгли ночные небеса огненным дождем. Все без исключения украинские ракеты класса «воздух – поверхность» перехвачены!
По времени противовоздушный бой занял едва ли три-четыре минуты. Но в огромном напряжении сил, ума и воли в этих огненных секундах и заключен смысл ультрасовременной сетецентрической войны. В очередном поединке сплав русских военных технологий, воли и разума оказался сильнее.
Правда, оставались еще самолеты противника… Сбить их стало делом чести русских зенитчиков!
– Дальность до цели? – запросил командир боевого расчета.
– Шестнадцать, сопровождение устойчивое, могу работать.
– Пуск!
– Есть пуск!
Новый ракетный залп, и еще пара сверхзвуковых смертей устремилась вдогонку украинскому бомбардировщику. Его пилот засек старт ракет-перехватчиков и стал отстреливать тепловые ложные цели и дипольные отражатели из серебристой фольги. Но конкретно у этих зенитных ракет реализовывалось другое – радиокомандное наведение. Оператору достаточно удерживать строб захвата на экране прицельного локатора, чтобы ракета шла на цель, игнорируя помехи.
Первый взрыв оторвал украинскому самолету правую консоль крыла, а второй – изуродовал всю хвостовую часть. В ночном небе полыхнула размазанная по облакам огненная полоса, словно на землю падал метеорит или комета – вестница бед и несчастий. Украинские пилоты катапультироваться не успели.
– Сашка, выруливай и уходи на запасную позицию! Быстро! – Командир зенитной установки щелкнул тангентой рации.
Засекли их или нет – нечего дожидаться «ответки» от бандеровской артиллерии или «Градов»… Береженого, как говорится, Бог бережет.
«Панцирь-С1» стоял на позиции задом наперед, и теперь водителю достаточно было выжать сцепление и дать газ, чтобы 30‑тонная машина рванула вперед. Привычка менять позицию после стрельбы уже накрепко въелась в плоть и кровь русских зенитчиков. Мощный восьмиосный КамАЗ, ревя дизелем, на приличной скорости покатил по заснеженной грунтовке на запасную позицию. Туда же двинулся БТР пехотного прикрытия и бронированный «Урал». Шахтеры-зенитчики высадили, что называется, «до железки» все, что было в патронных ящиках их спаренной 23‑миллиметровой «зушки» в кузове.
Чуть позже Макс узнал, что дэнээровская «Оса» все же зацепила своей ракетой и второй украинский бомбардировщик. Самолет получил повреждения, и экипаж катапультировался в районе Дебальцева. Правда, неизвестно, кому из украинских палачей повезло больше – тем, кто был мгновенно уничтожен вместе с самолетом, или же тем, кто попал в плен к очень злым донецким ополченцам…
Только один-единственный бомбардировщик Су-24М из трех все же смог вернуться на аэродром вылета.
Пилот и штурман-оператор выбрались из кабины самолета и рухнули на колени прямо на бетоне летной стоянки. Когда сняли шлемы, то оказалось, что они оба поседели.
Зато командование ВВС Украины было довольно, ведь четверо из шести не вернулись на аэродром. А значит, и обещанные деньги и квартиры можно прикарманить себе!.. Тем двоим – психологически надломленным страшнейшим стрессом – все же придется выделить и деньги, и квартиры в Киеве. Хотя много ли им надо…
Но этот инцидент был засекречен, он так и не попал в официальные фронтовые сводки. Обе стороны конфликта хранили абсолютное молчание. Никто не подтверждал и не опровергал потерю двух сверхзвуковых украинских бомбардировщиков зимой 2015 года и сам факт атаки на теплоэлектростанцию в ДНР. Имел ли место подобный факт в действительности, официальные источники умалчивают.
