– Пуск по второй цели тремя ракетами! – Максим решил и в этом случае увеличить вероятность поражения цели и запустил не две, а сразу три ракеты. Важность объекта перехвата с лихвой компенсировала перерасход боекомплекта.
Из транспортно-пусковых контейнеров по бокам боевого модуля «Панциря-СМ» с характерным ревом стартовали зенитные управляемые ракеты. Их дымные хвосты полностью скрыли боевую установку зенитного ракетно-пушечного комплекса.
– Есть сход ракет, – доложил оператор. – Сопровождение цели по РЛС устойчивое.
Зенитная управляемая ракета для комплекса «Панцирь» создана двухступенчатой и бикалиберной. Твердотопливный пороховой двигатель размещен в стартовой, более «толстой» ступени. Он выгорает в считаные секунды и отстреливается. Дальше ракета летит по инерции, наводясь на цель по радиокомандам оператора или автоматически. За счет того, что ее диаметр меньше, ракета меньше теряет скорость от лобового сопротивления воздуха. И еще один важный нюанс: практически вся вторая ступень – это 20‑килограммовая боевая часть. Она несет пять с половиной килограммов взрывчатки. Для сравнения: противотанковая мина содержит восемь килограммов тротилогексогена.
А теперь сразу три такие смертоносные «птички» мчались на скорости 1300 м/с навстречу украинской «Точке-У»!
Сама «Точка-У», созданная еще в СССР, неслась на скорости 1100 м/с. Перехватить, поразить и уничтожить тактическую ракету весом более двух тонн чрезвычайно сложно. Даже сбитая, «Точка-У» представляла серьезную опасность для всех, кто мог находиться в месте ее падения.
В кабине боевого управления командирского «Панциря-СМ» Максим Полевой внимательно следил за расчерченным концентрическими кругами экраном локатора. Вот метки зенитных ракет и обозначение «Точки-У» слились.
– Внимание, встреча по второму каналу наведения! Подрыв! – доложил оператор.
– Я Магистр, прием. Цель поражена, расход три.
Пулей сбить летящую пулю! – такое подвластно только русским зенитчикам. Сработал лазерный неконтактный датчик цели, и мощная боеголовка зенитной ракеты взорвалась высоко в бескрайнем синем небе, выбрасывая вперед расширяющееся кольцо из множества стальных стержней, которые еще и вращались, как лопасти пропеллера или зубья огромной фрезы. Они буквально вгрызлись в стальной корпус «Точки-У», разрывая его на части, буквально выворачивая наизнанку всю ее высокотехнологическую начинку. Скоростной напор воздуха довершил начатое: украинскую тактическую ракету буквально вывернуло наизнанку! А тут еще взорвались почти одновременно боеголовки еще двух зенитных противоракет.
Высоко в небе прозвучал громкий раскатистый гром, вспухло совсем не страшное серовато-черное облако разрыва. Вниз посыпались бесформенные дымящиеся обломки. Весь перехват – от момента захвата «Точки-У» локаторами «Панциря», пуска зенитных ракет и их взрыва в воздухе – занял всего шесть секунд!
Но на этом противовоздушный бой все еще не закончился.
– Стрелявшим комплексам выключить высокое и сменить позицию, – приказал капитан Полевой. – Командирам расчетов вести наблюдение через ОЛС.
– Вас понял, высокое напряжение выключено, РЛС не активна. Гидравлические домкраты убраны, начал движение. Наблюдаю за воздухом через оптико-локационную станцию.
Командирский «Панцирь-СМ» тоже выехал из капонира на запасную позицию. В то время как оператор обесточил радиолокатор, Макс наблюдал по электронно-оптическому каналу за воздушной обстановкой.
Ответного удара украинской армии следовало ждать в любое мгновение, и каким он будет – никто не знал. Тем не менее батарея капитана Полевого боевую задачу выполнила.
Конечно, Отдельный зенитный дивизион отнюдь не действовал в отрыве от основных сил Русской коалиции. Вокруг места дислокации дивизиона раскинулись позиции других подразделений. В основном мотопехотных. В капонирах стояли угрюмые лобастые танки с кубиками динамической защиты на башнях и массивных корпусах, боевые машины пехоты, в том числе и современных БМП-3М со спаренными 100‑миллиметровой и 30‑миллиметровой пушками. В общем, техники здесь, на важном участке возле Запорожской АЭС, хватало. Извилистые окопы, блиндажи и укрепленные огневые точки образовывали единую систему обороны.
Но вскоре к позициям Отдельного зенитного дивизиона, как говорится, «присоседились» очень интересные войска.
Максим, выйдя поутру из блиндажа, с удивлением увидел, как неподалеку остановился обычный уазик-«таблетка», только с более высоким салоном, напоминающим реанимобиль. Вышедший из нее офицер что-то пытался спросить у часового. Тот только указал на табличку на дереве: «Стой! Граница поста». Неизвестный и незваный гость отошел от солдата при исполнении и раздосадованно плюнул на грунтовку, поправляя укороченный автомат на ремне.
Капитан Полевой направился к нему.
– Товарищ комбат, тут товарищ майор… – доложил часовой.
– Молодец, Захарьин, хорошо службу несешь! – похвалил Максим. – Объявляю благодарность.
– Служу России!
Неизвестный офицер продолжал ждать возле своего уазика.
