Хэнк отвел меня в заднюю часть пещеры и показал эту штуку. Не знаю, как описать шагающий фургон, — наверно, с тех пор вам приходилось видеть его изображения. Если бы многоножка была динозавром и была сделана из металла, это и был бы шагающий фургон. Корпус был вогнутый, вроде корыта, и его поддерживали тридцать восемь ног, по девятнадцать с каждой стороны.
— Это, — заключил я, — самое безумное и дикое изобретение, которое когда-нибудь попадалось мне на глаза. Ты его никогда не вытолкнешь из пещеры.
— Подожди, пока сам не увидишь, — посоветовал он. — Ты считаешь это безумным изобретением, а ты бы поглядел, что там еще имеется!
— Например?
— Билл, ты знаешь, что, я думаю, здесь такое? Это ангар для космического корабля!
— Да-а? Не валяй дурака: космический корабль в ангар не поставишь.
— А этот поставишь.
— Ты что, хочешь сказать, что видел там космический корабль?
— Ну, не знаю. Он не похож ни на что из того, что я до сих пор видел, но, если это не космический корабль, я просто не знаю, для чего он годится.
Я захотел пойти и посмотреть, но Хэнк возражал:
— В другой раз, Билл, нам нужно возвращаться в лагерь. И так уже поздно.
Я не сопротивлялся. Опять заболел бок — от ходьбы.
— О’кей, что дальше?
— Вот так.
Он подвел меня к самому концу этой штуковины, корыто здесь спускалось почти до самой земли. Хэнк помог мне забраться туда, велел лечь и пошел к другому концу.
— Парень, который это построил, — рассуждал он, — был, наверно, горбатым лилипутом с четырьмя руками. Держись.
— Ты хоть понимаешь, что делаешь? — спросил я.
— Я уже провел ее футов шесть, а потом надоело. Абракадабра! Придерживай свою шляпу!
Он ткнул палец в какое-то отверстие.
Эта штука начала двигаться — в полной тишине, мягко, без суеты. Когда мы выехали на солнце, Хэнк вытащил палец из отверстия. Я сел. Штука уже на две трети выползла из пещеры, и передняя часть ее обогнула кристаллы. Я вздохнул:
— Ты справился, Хэнк. Если бы мне еще немного льда на бок, думаю, я смог бы идти.
— Погоди секунду, — попросил он. — Попробую что-нибудь сделать. Тут еще какие-то дырки, в которые я не просовывал палец.
— Ну и оставь их в покое.
Вместо ответа он попытался сунуть палец в следующее отверстие. Тележка вдруг двинулась задним ходом.
— Ой! — завопил он и выдернул палец.
Потом запустил его обратно туда, куда засовывал раньше. Там Хэнк его и оставил, пока не наверстал то, что мы потеряли. Остальные отверстия он попробовал осторожнее. Наконец, он нашел ту дырку, которая заставляла машину приподнять переднюю часть на дыбы и повернуть ее налево — нечто подобное проделывают гусеницы.
— Вот так-то! — сказал он счастливо. — Теперь я могу ею управлять.
Мы поехали вниз по каньону.
Хэнк был не совсем прав, считая, будто может ею управлять. Тут больше было похоже, что управляешь лошадью, а не машиной, — или, скорее, одним из этих новых наземных автомобилей с полуавтоматикой. Шагающий фургон подошел к естественному ледяному мостку, по которому проходили кристаллы, и сам по себе остановился. Хэнк пытался заставить фургон пройти сквозь отверстие входа, оно было достаточно широкое, но ничего не получалось. Передний конец дергался, точно фыркающая собака, а потом легко пошел по холму и по нагромождению льда.
Он оставался все время в горизонтальном положении: очевидно, он умел регулировать длину ног.
Когда Хэнк выехал к тому леднику, который мы проходили по пути к ущелью, он остановил фургон и сделал мне свежий ледяной компресс. Очевидно, фургон не возражал против самого льда, он просто отказывался проходить через отверстия в скалах, потому что, когда мы опять поехали вверх, он пересек маленький ледник, медленно и осторожно, но целеустремленно.
Мы направились к лагерю.
— Это, — сказал счастливый Хэнк, — величайший экипаж для пересечения самой непроходимой местности, какой когда-либо был построен. Хотел бы я знать, что заставляет его двигаться. Вот бы мне взять патент на эту штуку! Я бы сразу разбогател!
— Экипаж твой: ты ведь его нашел.
— На самом-то деле он мне вовсе не принадлежит.
— Хэнк, — предположил я, — ты ведь не думаешь, что владелец этого фургона вернется сюда, чтобы его найти, а?
Он посмотрел на меня странным взглядом.
— Нет, я так не думаю, Билл. Слушай, Билл, а давно, по-твоему, эту штуку поставили?
— Даже и гадать не хочется.
На месте лагеря стояла только одна палатка. Когда мы к ней приблизились, кто-то вышел и стал нас ждать. Это был Сергей.
— Где вас, ребята, носило? — спросил он. — И где, Христос спаси и помилуй, вы угнали
Мы постарались все ему объяснить, как только могли, а после этого объяснять принялся уже он. Оказывается, нас искали до последней минуты, а потом Полю пришлось вернуться в лагерь номер один, чтобы выполнить договоренность с «Джиттербагом». Он поручил Сергею отвести нас туда, если мы объявимся.
— Он записку вам оставил, — добавил Сергей, порывшись в карманах.
Мы прочли:
