- И это тоже, - недовольно фыркнул альфа, - не хочу делиться даже запахом. Альби мой!
Ран наконец вывел омег из казармы, переговорил с дежурным и предупредил, что вскоре придет слуга с ароматическими палочками, а после этого повел омег по лабиринту туда, где стоял медицинский модуль. Его опускали во дворец сверху при помощи шаттла. Для этого пришлось снести несколько стен, чтобы освободить достаточное помещение. То же было и в городе. Провезти по узким улочкам большой модуль не было возможности, да и чтобы установить его, в городе пришлось даже разрушить один из домов возле старого медресе. А само медресе использовать как поликлинику и больницу для приема больных.
У врачей было много работы. Там были и застарелые раны, и плохо сросшиеся переломы, и, кроме этого, проблемы с желудком и кишечником из-за некачественной еды или ее малого количества. Многие дети страдали недобором веса, впрочем, как и их родители. Женщины, истощенные многочисленными родами и скудной едой, теряли зрение и становились хрупкими, как стеклянные вазы. И все это заставляло врачей сбиваться с ног, чтобы помочь всем. Именно поэтому Альби так переживал, чтобы людей кормили в больнице хотя бы в качестве терапии. И хотя такое «лечение» требовало времени, но зато давало ощутимый результат!
Белый пластиковый бок модуля смотрелся среди мрамора стен совершенно чужеродно, но зато там было все необходимое на первых порах оборудование. Все, что выдерживало перепады магнитных полей планеты. В самом дворце врачам тоже находилась работа, в основном лечить старые травмы альфам и работникам дворца. В самом начале, когда модуль только был установлен, сюда привели на обследование всех биби из питомника и их воспитателей, а потом врачи что только хлыстами не загоняли туда упрямых альф. Каждый из них уверял, что здоров, но у каждого находилось, что следовало «подлатать». Там было и протезирование ранее выбитых зубов, и общая «изношенность организма». Рану пришлось обязать сотников, чтобы они по очереди загоняли к врачам альф. А те лечили их, как молчаливых собак, потому что на любой вопрос о здоровье они получали улыбки и уверения, что все идеально.
И вот, наконец-то, врачи заполучили на обследование самого эмира. После тестовых анализов врачи взялись за головы, когда увидели показатели. Эмир был жив скорее из-за упрямства, потому что с такими анализами можно было не жить, а едва ли выживать. Раздеться и лечь в реанимационную капсулу Маджида не смог уговорить даже Ран, и пришлось подключить упрямца к системе фильтрации крови и понадеяться, что этого хватит на первое время.
Когда Ран с омегами подошли ближе, они увидели дежурных врачей, сидящих на скамеечке у входа. Один из них поглядывал в приоткрытую дверь, но тем не менее, сидел на улице. Когда врачи увидели подошедшего Рана, они ужасно смутились, как будто их застали врасплох.
- Там, это... - врач, что заглядывал в щелочку приоткрытой двери, смущенно покраснел скулами, - там у эмира Маджида ад Сафи посетитель. Мы подумали, что это… ну, в общем…
Айдан первым скользнул к двери и без стеснения заглянул внутрь, а потом расплылся в улыбке и без сомнения распахнул дверь, чтобы войти первым.
- Салам, долгих лет жизни и крепкого здоровья вам, уважаемый Маджид ад Сафи, - Айдан взмахнул юбками и обозначил поклон эмиру, - Фатим, как хорошо, что ты здесь! Я так рад, что ты позаботился, чтобы эмиру Маджиду не было скучно во время этой долгой медицинской процедуры!
Когда Альби зашел в медицинский модуль, он увидел, как смущенный Фатим встает со стула и закрывает книгу. По всей видимости, он что-то читал Маджиду, но поскольку все медики, смущенные донельзя, сидели на улице, то там были, скорее всего, разговоры, а не только чтение стихов. Ран, как медик, проверил показания приборов и, удостоверившись, что все в порядке, сразу расслабился. Фатим не решился сесть на стул, стоящий возле эмира, но Ран придвинул кушетку, на которую удобно уселись Айдан с Альби, тогда и Фатим осторожно сел на краешек стула.
Селафь с момента приезда видел Маджида только через сетку «омежьего окна», когда тот казнил Камиля и Шамси, и поэтому мило щебеча стал рассказывать, что приехал навестить внука с супругом, и как он рад увидеть Маджида если не совсем в здравии, то хотя бы на пути к выздоровлению.