Ведя эту беседу, мы наконец добрались до площадки, откуда виднелся наш Росток. Посаженный практически в центре плато и окруженный защитным периметром, он вырос и окреп, раскинул золотые ветви — побольше иного взрослого дерева, — а шапка сияния была видна из любой точки фригольда. Над кроной кружились полярии — с недавних пор немалое их количество слеталось к юному Древу. В глазах Морвейн появилось что-то, похожее на благоговение.
— Во имя всех Единых… — прошептала она. — Юный Игг. Он… говорит со мною…
Я улыбнулся — да, Росток шептал и пел, обнимая своим теплом разум любого, кто приближался. Эта ментальная аура, дарящая спокойствие, становилась больше с каждым днем, с каждым новым листиком, который выпускало наше Небесное Древо. Она благотворно действовала на людей — из содержания ежедневных совещаний я знал, что количество мелких преступлений, драк и конфликтов с начала цикла падает, несмотря на тяжелый сезон, а число брачных союзов и беременных, наоборот, растет с каждым днем. Похоже, под Древом расцветало практически все — оно благотворно действовало не только на флору, но и фауну, в число которой входили и местные двуногие…
— Вот истинное совершенство, мой господин, — сказала Морвейн. — Игг-Древа заменили Единству солнце, когда Вечность сожрала старые светила. Разве на это способны технологии? Создать новые источники света и жизни для целых миров — это под силу только Звездной Крови… Ваш народ обрел величайшее сокровище. Берегите его.
— О, прошу прощения! Можно пару вопросов для нашей аудитории?
Услышав знакомый визгливый голос, я обернулся и увидел Элли Кардо с микрофоном наперевес и жужжащим дроном, делающим круговую съемку.
О нет. Только не это.
— Сигурд Морозов… и… эээ… простите, леди…
— Морвейн кель’Талас, — подсказал я обреченно.
— Мисс Талас, — Элли направила ей в лицо микрофон. — Элли Кардо, «Голос Фригольда»! Не могли бы вы уделить несколько минут нашим зрителям?
— Мой господин, что от меня хочет эта особа? — Морвейн вопросительно взглянула на меня. Она спрашивала на Едином, и вряд ли Кардо поняла о чем.
— Она репортер. Очень назойливая.
Мне пришлось использовать земной термин, потому что в наречии Единства не было подходящего понятия. Заклинательница Духов удивленно посмотрела на рыжую журналистку:
— Репортер? Что это значит? Разносчица слов? Торговка видениями?
Похоже, я недооценил языковой пакет, встроенный в земной вокс. В него, видимо, уже успели добавить Единый, потому что Кардо все прекрасно поняла и затараторила в ответ:
— Я журналист, мэм! Я собираю новости, беру интервью, рассказываю людям правду! Это древнейшая профессия!
Морвейн удивленно подняла бровь:
— Древнейшая? Я думала, древнейшая профессия — это продажа тела за монеты. А эта девочка продает… разговоры? Слухи? Сплетни?
— Эй! — возмутилась Элли. — Я не сплетница! Я ничего не продаю! Я профессиональная журналистка!
— Ах, понимаю, — кивнула Заклинательница, и я запоздало понял, что Морвейн не чуждо чувство юмора. — Значит, ты просто выискиваешь чужие секреты. Ты служишь Хитрейшему?
— Кому, мэм? Я служу только истине!
— О да, они всегда именно так и говорят, — улыбнулась Морвейн. — Я отвечу на твои вопросы, если мой господин позволит.
— Расскажите нашим зрителям о себе! Вы действительно заключены в Руну? Как вам там живется? Что означает эта татуировка у вас на лбу?
— Это Око Истины. Оно позволяет мне видеть незримое в трех мирах: обычном, призраков и теней, — Морвейн прикоснулась к татуировке, и та зловеще замерцала. — И говорить с ними…
— Жуть! — Элли отшатнулась, но остановить ее было не так-то просто. — Вы действительно видите призраков и можете говорить с мертвыми?
— Конечно, — подтвердила Морвейн. — Например, прямо сейчас я говорю с твоей бабушкой.
— Что⁈ Откуда? И что… она говорит?
— Что подслушивать соседей с помощью летающего механизма не очень достойно, — продолжила Заклинательница, делая руками таинственные пассы. — Что тебе стоит прекратить рыться в утреннем мусоре в поисках свежих новостей. Она говорит, что тебе стоит научиться хранить свои секреты, прежде чем охотиться за чужими. И что для дневника, где написано, что ты хочешь стать знаменитой на все Единство, не самое лучшее место в банке под кроватью…
— Ты… действительно это все знала? — спросил я, глядя, как Элли Кардо стремительно удаляется, пунцовая, словно мак. Морвейн чуть пожала плечами:
— Для этого даже не нужно быть прорицательницей, мой господин.
Появление Морвейн во фригольде и прогулка с ней стоили мне первой семейной сцены. Травинка оказалась недовольна появлением этой Руны в моей Скрижали и принялась дотошно выспрашивать все обстоятельства нашего знакомства — и устоять перед ее напором оказалась едва ли не сложнее, чем выжить в Храме Второго Шага. Свое поведение девушка объяснила просто:
— Она слишком красивая!
— Морвейн больше пугает, чем привлекает людей.
— Знаю, Сигурд. Но обещай мне, что…
К счастью, она еще не видела Азимандию. Я надеялся, что и не увидит, но совсем скоро во фригольд пришли неожиданные новости о Пламени Подобном…
