Пару раз девушка едва не свалилась, но вовремя хваталась за верхнюю ветку. Ведерце было почти полным. Девушка хваталась за самые спелые и красные яблоки, придирчиво осматривая каждое, что удалось сорвать.
Но, постепенно вокруг нее остались лишь не доспевшие, или переспевшие, а самые красивые маняще поблескивали в лучах солнца на самом верху. Хильда осмотрела дерево, в поисках более ли менее подходящей ветки, на которую можно было бы ступить. Кай становился все более раздраженным. Молодой мужчина, оперся рукой об ствол дерева, угрюмо пялясь в землю.
Иаков смотрел на нее, не отрываясь, стараясь ее разгадать. “До этого Хильда не играла в эту игру”, — вспомнилось ему. Так ли это, и действительно теперь для него. Видимо почувствовав его взгляд, девушка взглянула на него. Кай, заметив это, бросил гневный взгляд в его сторону.
Но тут, то ли оступившись, то ли от того что ветка пошатнулась, Хильда с треском и криком упала на землю. Секунду спустя она пронзительно закричала, держась за правую лодыжку. Иаков мигом бросился к ней. На крики и плач собралась вся деревня. Кай в растерянности мотал руками, не знаю, как ей помочь.
— Больно, — ревела она.
— Кажется нога, смотри, — пролепетал Иаков. Кай слегка задрал ее подол, и снял кожаный полусапожек, обнажив ее правую лодыжку. Нога распухла и покраснела.
— Живо, беги за Мархэн! — взревел Кай, но заметил лишь непонимающий взгляд чужака. — Травница! Дом разваленный, беги! — Иаков помчался сломя голову, услышав лишь несколько последних фраз Кайя, предназначенных для Хильды: — Тише, милая, Святая Фрея тебе поможет.
До дома травницы было недалеко. Как только он добежал он громко постучал в старую деревянную дверь. На пороге очутилась невысокая женщина лет пятидесяти. Черные волосы были пронизаны серебряными нитями, а строгое, лицо кое-где украшено возрастными морщинками. В молодости она наверняка была довольно красивой.
Мархэн уже слышала гул толпы, и чьи-то крики, и потому сразу же обеспокоено спросила:
— Что стряслось?
— Там, девушка свалилась с дерева, — затараторил он. — Что-то с лодыжкой.
— Минуточку, — женщина закрыла перед ним дверь, и через несколько минут, вышла с кожаной сумкой, перекинутой через плечо.
Пока он бегал за травницей, Хильду уже успели перенести в дом, и уложить на кровать. На пороге он встретился с Кайем. Тот злобно хлопнул дверью, и гневно оглядел парня, перед тем как уйти.
Хильда лежала на соломенном тюфяке в своей небольшой комнатушке. Иаков на момент остановился, глядя на нее. Вся в поту, она тихо плакала и тяжело дышала. У ее головы сидела мать, успокаивающее, гладя ее по голове. Бьорн стоял в углу, насупившись, он шагал из стороны в сторону.
Мархэн тут же подбежала к девушке. Пошарив у себя в сумке, она достала небольшую фляжку с белой жидкостью. Открыв ее, она поднесла это ко рту девушки.
— Выпей, тебе станет легче, — девушка покорно сделала несколько больших глотков.
Травница тем временем принялась осматривать ногу. Лодыжка распухла, но немного двигать ее Хильда могла, хоть это и доставляло ужасную боль. Мархэн аккуратно касалась пальцами от стопы до голеностопа, спрашивая:
— Здесь больно? Сильно? А здесь, — девушка временами вскрикивала, а порой просто кивала. Наконец травница достала бинты, и очередную флягу. — Принесите мне миску, небольшую, — Астрид тот час же вернулась с небольшой глубокой тарелкой.
Мархэн туда часть жидкости и стала смачивать бинты. Затем женщина достала небольшую баночку с бледно-зеленой мазью.
— Это из мяты, перетертых каштанов, скороцели и семян спорыньи, — сказала она, постепенно смазывая разбухшую ногу Хильды. — Они охладят лодыжку, а компресс, из бинтов пропитанный в мятной воде поможет снять воспаление и сильнее впитаться мази, — женщина аккуратно обматывала бинты вокруг ее лодыжки. — Тебе повезло, что ты ногу не сломала. Здесь только ушиб. Недельки через четыре, сможешь стоять на ногах.
Когда она закончила, Хильда, наконец, уснула под действием макового молока. Мархэн раздавала какие-то указания Астрид.
— Мази у меня немного осталось, — говорила она, надевая плащ. — Вам хватит только недели на две. Я пойду в лес, достану нужные ингредиенты, и приготовлю еще.
***
До захода было еще далеко. Иаков отбивал молотом раскаленный меч. Мышцы на руках ныли при каждом движении, а глаза слипались от усталости. Балдер тоже казался не столь бодрым. Порой он промахивался, а порой его удары были весьма рассеянными.
К полудню, небо затянуло тонкой серой пеленой, и поднялся ветер. Иаков весь день провел в раздумьях. Сначала о побеге, затем о Хильде. “Девушки играют в “поцелуй ведьмы”, когда хотят найти себе жениха. До этого Хильда не играла в эту игру”.
Балдер с тяжким вздохом бросил молоток.
— Пойду, погляжу, как там снаружи, — парень молча кивнул и принялся доделывать работу кузнеца. Свой меч ему осталось только отполировать и заострить.
Снаружи донесся ропот копыт и голоса людей. Иаков отложил щит, и осторожно вышел вслед за Балдером.
