Несколько осторожных шагов в сторону, чтобы отвести пронзительный взгляд этих угольных глаз от застывшего позади крестника Сириуса, аккуратно прицеливавшегося тому в спину. Если все получится… На кончике палочки уже появилась голубоватая искорка заклинания, но как назло под ногами Блэка предательски скрипнула половая доска. Реакция мальчишки была молниеносной — он тут же выставил перед собою щит, поглотивший чужую магию. Когда небольшой мерцающий купол рассеялся, в него тут же полетела Сектумсемпра. Завязалась нешуточная схватка, в которой им нужно было не только постараться не ранить разбушевавшегося парня, но и самим не схлопотать что-то покрепче, вроде Круцио.
Поттер ловко уворачивался от магических веревок и мстительно запускал в соперников недавно выученными заклинаниями в ответ. В любой другой ситуации мужчина восхитился бы приобретенными под его наставничеством навыками своего ученика, но не сейчас, когда парень пытался не просто отбиться от них, а хотел убить мешающих ему взрослых. Резкий взмах палочкой и Блэку чудом удалось в последний момент увернуться, прежде чем огненный поток превратил старую колыбельную в тлеющий прах. На одну баррикаду у них стало меньше, а у крестного Поттера с одной стороны прическа значительно укоротилась. Все инстинкты обострились до предела и, натянутые, как канаты, нервы тревожно подрагивали внутри от напряжения. Несложно было догадаться, что тьма, таким образом, испытывает на них свою силу, и как только она осознает свой реальный потенциал в теле малолетнего героя, они уже не смогут ее остановить. Себастьян уклонился от очередной атаки и прицельно выпустил ледяное заклинание, которое задело ногу Гарри, приморозив ту к полу. Бледное лицо исказила злобная гримаса и парень, потеряв на мгновение бдительность, неприятно хлестнул его темной аурой, заставив пошатнуться, Брахиабиндо в исполнении Снейпа, усиленное еще двумя одновременными заклинаниями магических пут надежно связало зазевавшегося мальчишку, пригвоздив сопротивляющуюся фигуру того к земле.
— Что нам теперь делать? — спросил Сириус, голос которого дрожал то ли от напряжения, то ли от тревоги, которая отчетливо проступала мрачной тенью на мертвенно бледном лице. Им повезло, что друзья Поттера остались присматривать за теми двумя детишками — у них шансов, в отличие от двойного шпиона, бывшего заключенного и лорда дементоров, выстоять в подобной схватке не было, только под ногами путались бы.
— Может стоит попробовать применить легилименцию? — неуверенно предложил зельевар, бросая на него вопросительный взгляд. Себастьян отрицательно покачал головой, ощущая, как на него самого накатывает усталость — все же удар темной аурой штука не очень приятная: — Разум Гарри поглотила тьма, поэтому бессмысленно пытаться взывать к нему общедоступной магией.
— И что вариантов больше никаких?
— Есть один, но я в нем не уверен…
— Что за способ? — одновременно спросили Снейп и Блэк, прожигая его двумя парами пытливых глаз, в которых не сложно было увидеть притаившийся призрак надежды. Он чувствовал себя, как та троица заключенных из его прошлого, которым не повезло попасть под вниманием пристальных взглядов судей, присяжных и обыкновенных зевак, пришедших посмотреть на чьи-то мучения. Хотелось прикрыть лицо руками и дать возможность собственным мыслям прийти в состояние относительного покоя, но на подобную минуту слабости времени, увы, не было.
— Это древняя ментальная магия, передававшаяся из поколения в поколение в роду моей матери. Она очень рискованная, так как объединяет разум двух волшебников в один и позволяет им общаться друг с другом в созданной заклинанием иллюзии. На практике ее применяли несколько раз в особо тяжелых случаях, чтобы вывести человека из комы, но я никогда ее не использовал и не уверен, что у меня вообще получится. Шансы на успех слишком незначительные, а в случае провала … фатальный исход гарантирован двоим.
— Но все же они есть, — тихо произнес Блэк, тяжело вздыхая своим собственным невеселым мыслям. Наблюдать за мечущимся парнем было больно и немного жутко, ведь помочь тому никто из них реально ничем не мог, оставаясь в роли невольных свидетелей развернувшейся драмы. Не существовало стопроцентных гарантий, что все пройдет хорошо и герой будет спасен. Он даже не был уверен, что сможет применить это заклинание, а даже если сможет, то не факт, что своими действиями не навредит Гарри еще больше прежнего. Будь подросток для него посторонним человеком, мужчина, не колеблясь, убил бы ходячую угрозу всего магического мира, не мучаясь потом угрызениями совести, но ведь это, Мерлин побери, Поттер…их Поттер, его Поттер. Нелепый, временами смешной, невезучий, надежный, добрый, верный своему слову и главное — любимый им по-настоящему, без притворства, до легкой дрожи на кончиках пальцев. Как не прискорбно, но сейчас им оставалось лишь по-детски надеяться на чудо, иначе…одна короткая Авада навсегда прервет существование мальчика-который-когда-то-выжил.
