— Мне было страшно… Я звал тебя, — прошептал юноша, пряча свое лицо у него на груди. Мужчина аккуратно прижал того к себе и пригладил волосы на чужой макушке. Ему так не хватало вот этого ощущения тепла, появлявшегося только рядом с Гарри. С другими было горячо, страстно, весело, развратно, но парень пробуждал в нем совершенно другое уютное чувство — любовь. Когда хотелось получить не только тело, но и душу. Безраздельно владеть всем, что может предложить тебе партнер и отдать ему самого себя, вверив свою никчемную жизнь в чужие надежные руки. Он искренне надеялся, что подобное желание было обоюдным…
Тьма стремительно сгущалась над готической местностью, разъедая дождливое небо над головою неряшливыми чернильными разводами. Видимо, она пробудилась, почувствовав серьезную угрозу своему существованию. Он столько лет шел у нее на поводу, отрекался от всего лишь для того, чтобы соприкоснуться с ней, чтобы повелевать ею, чтобы забыть терзавшую душу боль…только именно она все это время была причиной всех его терзаний. Поттер отстранился и хмуро посмотрел на открывшуюся нерадостную картину — еще немного и купол иллюзии упадет им на головы и навсегда погребет их под собой. Бежать было некуда. Краем глаза он заметил слева от себя чей-то фамильный склеп, который еле заметно мерцал и, похоже, единственный не вписывался своей вычурностью в простоту этого кладбища. Схватив парня за руку, Экриздис рванул в сторону возможного убежища, надеясь, что интуиция его не подводит и это все-таки конечная точка их ментального путешествия. Стоило им протиснуться в узкий проход, как разрушение внезапно остановилось аккурат по линии дверного проема. Внутри было сухо, и напрочь отсутствовал привычный для подобного места запах сырости и мертвечины, хотя несколько стройных рядов с покойниками все же присутствовали и, судя по дорогому убранству, при жизни они были представителями высшего общества. Чем дольше он рассматривал склеп, тем сильнее в душу закрадывалось странное ощущение горечи и скорби, которые немного сдерживало тепло исходящие от ладони Поттера. Неожиданный шорох заставил их одновременно вскинуть палочки. В углу помещения угадывался силуэт человека, судя по всему призрака. Гарри поспешно наколдовал Люмос и они, переглянувшись, осторожно приблизились к тому, готовые в любой момент отразить атаку. Пожилой мужчина, одетый в старомодную одежду, прищурился от яркого света и неохотно прикрыл глаза рукой, что-то недовольно проворчав себе под нос. Ничего примечательного в нем не было, вот только…
— Здравствуй, Себастьян, — тихо произнес незнакомец, и он ощутил, как земля в очередной раз за сегодня уходит у него из-под ног. Сомнений не было: это место — их фамильный склеп, а человек, сидящий в темном углу, никто иной как Энтони Экриздис собственной персоной. «Как он здесь оказался? Неужели иллюзия сдала сбой? Или это очередное жуткое воспоминание? А может это происки тьмы, старающейся запудрить им мозги?» — ворох вопросов крутился в голове, мешая ему сосредоточиться.
— Здравствуй…отец! — Гарри поочередно переводил недоумевающий взгляд с него на незнакомца, видимо, силясь понять, что здесь вообще происходит или искал хоть какое-то сходство между такими разными внешне людьми. Он ободряюще сжал ладонь того в своей и, вопреки столь нежному жесту ощутил, как внутри просыпается злость на сидящего перед ним человека. В помещении повисла неловкая тишина, раздражающая ушные барабанки своим неприятным звоном.
— Кто этот молодой человек рядом с тобой? — поинтересовался Энтони, обращая внимание на стоявшего позади него Поттера.
— Друг! — недовольно огрызнулся лорд дементоров, прожигая злым взглядом старика. Тот лишь хмыкнул в ответ и притворно покачал головой.
— Ты совсем не меняешься, Себастьян. Прости, но на друзей так не смотрят. Мое имя Энтони Экриздис! — представился отец герою всей магической Британии. Кто бы сомневался: фамильная честь и манеры превыше всего!
— Я Гарри… Гарри Поттер, сэр!
— Вы, мистер Поттер, выглядите приличнее всех его друзей, видимо, в Вас течет благородная кровь. Тебе понадобилось немало времени, Себастьян, чтобы научиться заводить правильных «друзей»…
— Замолчи! — прорычал он, направляя на собеседника палочку. — Думаешь, что можешь появиться спустя пятьсот лет и вновь начать отравлять мне жизнь? В этот раз подобный номер со мной не прокатит, и одним Круцио ты не отделаешься!
— Постой! — опередил желанное действие Гарри, предупреждающе сжав его руку с палочкой. «Ох уж этот Поттер со своей вселенской добротой!» — недовольно подумал он, стараясь остудить свой порыв запустить в призрака заковыристым заклинанием. Энтони все это время с интересом наблюдал за их препирательствами и иронично ухмылялся: — Сэр, почему Вы здесь? Ведь насколько я понимаю, эта местность всего лишь созданная магией иллюзия? А Вы, уж простите, явно не обладаете секретом философского камня Николаса Фламеля, чтобы жить так долго…
