Леса не стала слушать его рассказ. Она знала, что он скажет мадам Доротее, к которой она больше не испытывала ненависти. Вместо этого девушка решила прогуляться по салону.
Весь первый этаж здесь был занят хозяйственными помещениями, в которые помимо кухни, уборных и подсобок, входили также ванные комнаты и даже небольшой бассейн. Комнаты девушек располагались на втором этаже.
Не привыкшая к церемониям Леса, подёргала все дверные ручки – две оказались запертыми. Девушка приблизила ухо к замочной скважине одной из них и услышала перепуганное шушуканье. Ага, не иначе, как куртизанки сбились в две кучки, и теперь вот так от валькирий прячутся. Или может быть от суккубов с инкубусами?
Снизу раздались горькие рыдания. Ясно – мадам Доротея узнала, что её салонов больше нет, а особо одарённые куртизанки пошли на закуску монстрам. Надо было бы спуститься, посмотреть, не требуется ли помощь, но Леса совершенно по-мужски не переносила женских слёз, а потому она поступила иначе – достала кинжал и его рукояткой несколько раз постучала сначала в одну, а потом в другую дверь.
– Эй, вы там, вылезайте! – крикнула она. – Мадам Доротее плохо.
И, о чудо! Видимо имя мадам Доротеи обладало большей силой, чем страх перед всеми монстрами, валькириями, ведьмами и демонами. Сначала приоткрылась одна дверь и оттуда высунулась кудрявая русая головка с миловидным детским личиком, потом другая и вскоре семь пар круглых глаз перепугано уставились на Лесу, присевшую на подоконник в конце коридора. Девушка, молча, указала им в сторону лестницы.
Тогда, видимо сообразив, что никто их есть, прямо сейчас не будет, куртизанки лавиной скатились на первый этаж, наполнив тишину дома топотом босых ног. (Почему-то все до одной были одеты, как для сна – в полупрозрачные ночные рубашки. К встрече с суккубами приготовились, точно!)
Теперь Лесу разобрало любопытство, и она тоже спустилась до половины лестницы. Картина внизу открылась такая – четыре девушки утешали мадам Доротею, две радостно обнимали и целовали Рози, а одна присоединила свои слёзы к плачу хозяйки салона. Но не это едва не заставило охотницу на монстров покатиться со смеху, а то с какими физиономиями взирали на эту картину Зиг с Рароком. Интересно, что заставило этих мужчин остолбенеть – необычная красота девушек-куртизанок или их едва прикрытая нагота?
.......................................................................................................................
Возобновить разговор удалось не скоро. Когда мадам Доротея немного пришла в себя, то выдала заикастому Валентину мензурку с прозрачной жидкостью. Две такие же мензурки она вручила Рароку и Зигу.
– Я не знаю, что за хворь сразила наше воинство, но болеют только мужчины, девушкам бояться нечего. Кроме того, я заметила, что два полковника в летах, которые гостили у нас в тот вечер, заболели на сутки позже остальных. Спрашивается – почему? И тут я вспомнила, что давала обоим средство возвращающее старикам мужскую силу, а молодых делающее неистощимыми. Решила попробовать, и первый кто подвернулся под руку – мастер Валентин! Он у нас храбрый, не то, что некоторые. В общем, парень быстро пришёл в себя, как свежий огурчик стал, но, увы, лишь на сутки. Запас этого средства у меня не беспредельный. Конечно, можно сделать ещё, но надо бы собрать ингредиенты, а за ними неплохо бы сходить наружу. Здесь на базе мало что растёт. Молли потчует заболевших своим средством, но оно послабее моего, хотя помогает людям худо – бедно держаться на ногах, и то хорошо. Она сейчас в штабе засела – боится, что её бордель от наплыва солдат лопнет… Ой, что вы делаете?!
Пока она говорила, все трое мужчин откупорили свои мензурки и опрокинули их содержимое в рот.
– Вы же не больны, зачем вам это сейчас? – со смехом воскликнула мадам Доротея. – Я дала вам настой, на случай если появятся симптомы болезни, а пока не стоило лекарство принимать. Я даже не знаю, действует ли это снадобье, как профилактическое средство.
– Мадам Доротея, – подал голос Механикус, – если вас не затруднит, расскажите нам, откуда взялась эта болезнь и когда это случилось?
На стального охотника и сэра Мальтора здесь смотрели с лёгким ужасом, но толи от того, что эти двое не сделали ничего угрожающего, толи по профессиональной привычке – терпеть странности клиента, каковы бы они ни были, никто не сказал в их адрес ни единого худого слова, а одна из девушек даже попыталась предложить железным гостям напитки.
– Это всё валькирии, будь они неладны! – с возмущением сказала мадам Доротея, а её девушки все, как одна вздрогнули при слове "валькирии". – Подружились с ними наши вояки, и пошла беда!
– Но кто же они такие?
